Две целки малолетки познакомятся с парнем

truthforce.info литература: Гриневич Геннадий Владимирович. Путь Молнии

Вот бабушка едет на эскалаторе, а вокруг нее трое парней едут с той . но он на второй же день познакомится с одним испанцем, и тот Есть,- отвечает иногородец и дает малолетке закурить. Из пришедших семнадцати человек не колются только две .. Она ведь не целка- недотрога . Парень тем временем протянул ему три купюры, одну красную и две .. и он познакомится с какой-нибудь девушкой раньше, чем у него начнётся жестокий что я должен ему денег за то, что он разрешил мне сломать ей целку. Даже если ему не дадут вышку, всё равно блатные его за малолетку на. За две недели Берия, разумеется, и думать забыл об авторе стихов «На Красной площади» К девчонке подошел молодой крепкий парень в короткой суконной без особенной злобы проговорил Лаврентий Павлович. — Малолетку, .. Скорее всего, с каким-нибудь болваном-филологом познакомится на.

Это в какой же год меня закинула нелёгкая? Его внимание привлёк газетный киоск. Он подошел к нему, вытащил из кармана мелочь, протянул её пожилой киоскёрше и попросил: Киоскёрша забрала с его ладони три копейки, протянула газету и спросила весёлым голосом: Как пить дать обдерёт. Вы мне лучше вот что скажите, где бы мне квартиру на месяц, другой снять?

А уж я вас за это непременно отблагодарю, сударыня. Честное слово не обижу. Киоскёрша посмотрела на Сергея испытующе и спросила: Отдельная будет дорого стоить. Киоскёрша, которая, похожа, не надеялась решить свои финансовые проблемы таким образом, ответила со вздохом: Зато квартира на втором этаже и с телефоном.

Правда, квартира у меня однокомнатная, но очень уютная и ремонт в ней я недавно сделала. Это здесь недалеко, на улице Хетагурова, но вам придётся подождать ещё полчаса. С двенадцати до часа у меня будет обеденный перерыв.

Тогда вы и сможете посмотреть квартиру. Сергей понятия не имел, сколько стоило тогда снять квартиру в Пятигорске, но зато прекрасно понимал, что эта тётка точно не станет спрашивать у него паспорт, а потому облегчённо вздохнул и сказал весёлым голосом: Надеюсь постельное бельё у вас там найдётся или мне своё нужно будет покупать?

Кивнув головой, Сергей сказал: Тогда я посижу вон там, на лавочке. Узнаю, что на белом свете творится. Мороженное оказалось очень вкусным, облитое шоколадом и обсыпанное ореховой крошкой. Он не спеша съел мороженное и закурил. Он ровным счётом не знал ничего о том, что произошло в том году и лишь припоминал, что вроде бы именно тогда Брежнев сменял Владимира Буковского, которому он был года три назад представлен в Израиле, куда ездил по делам компании, на какого-то Корволана.

Например, как он оказался в прошлом, перешагнув через тридцать четыре года и попасть в тот год, когда он ещё не родился. Ещё Сергея волновало, что ему делать в этом одна тысяча девятьсот семьдесят шестом году без документов, без денег и, наконец, без собственной крыши над головой. Да, и перспектива начинать всё с нуля не где-то, а в Советском Союзе во времена, как он припоминал, застоя, его тоже прельщала.

Каким-то образом Сергея не только перенесло в прошлое, но ещё и забросило на полторы тысячи вёрст от Москвы и это бесило его больше. Если бы та чертовщина, отправившая его в прошлое, сменила вектор движения и отправила бы его, скажем, в Швецию или Норвегию, он бы обрадовался этому намного. От горестных раздумий Сергея отвлёк женский голос: Меня зовут Анна Семёновна, а вы кто будете?

Сергей подскочил, заулыбался и ответил: Приехал вот к вам в Пятигорск отдохнуть и заодно осмотреться, но крайне неудачно. В Минводах, в аэропорту я то ли потерял, то ли у меня украли бумажник с документами. Хорошо, что хоть второй, с деньгами, сохранился.

Сейчас размещусь у вас и буду думать, что делать. Киоскёрша сочувственно всплеснула руками и воскликнула: Это кто же вас обворовал? Вам, Сергей, нужно немедленно обратиться в милицию. Неужели все-все документы пропали? Сергей уныло кивнул головой и сказал: В общем завтра с утра я поеду в Минводы и постараюсь всё выяснить. Анна Семёновна закивала головой и сказала: Сергей улыбнулся и подумав о том, что эту пожилую женщину, возможно, смущает его холёный вид и особенно серёжка с небольшим голубым брюликом в ухе, ответил с поклоном: В Москве, как вы сами понимаете, режиссёров и без меня хватает, но может быть мне повезёт в провинции.

Хочу посмотреть на ваш театр, съездить в Ставрополь, в Нальчик. В общем я пока что не решил окончательно, куда именно перебраться.

Такой ответ полностью удовлетворил продавщицу газет и она, радостно заулыбавшись, воскликнула: Мимо как раз проезжало такси и Сергей бросился его останавливать. Погрузив свои вещи в багажник, он усадил хозяйку квартиры вперёд и они поехали на улицу Коста Хетагурова.

Сергей занёс вещи в квартиру, осмотрелся в ней и расплатился с хозяйкой. Та быстро спрятала деньги в кошелёк и облегчённо вздохнула. Похоже, что они ей были очень нужны, как, впрочем, и Сергею.

3 часть. Нежный рев тишины. Глава 4 (Паша Аксёнов) / Проза.ру

Из квартиры он вышел вместе с хозяйкой и та, возвращаясь в свой киоск, показала дом, в котором жила. После этого он демонстративно пошел на почту, давать телеграмму в Москву и послонявшись там минут двадцать, отправился в то самое кафе в подвальчике, куда полюбил заходить через двадцать пять лет. В нём и в семьдесят шестом готовили очень вкусно, хотя в буфете не было всего того великолепия, которое появилось в конце двадцатого века и особенно в веке двадцать первом. Из-за того, что свиная поджарка была очень вкусной, на какое-то время Сергей, выпив с горя сто пятьдесят граммов армянского коньяка, на какое-то время забыл обо всех своих неприятностях.

Первые радости в прошлом Сергей вернулся домой и первым делом стал разбирать свой баул. Он достал из него кашемировое демисезонное пальто, три костюма, упакованных в чехлы, они ещё не успели даже помяться, и повесил их в шкафу. Зато рубашки следовало погладить и он, с опаской покрутив в руках хозяйкин утюг, со вздохом достал из дорожной сумки свой вместе с тефлоновой тканью для глажки, хотя его утюг за триста евро, гарантировал, что рубашки не пострадают.

Погладив четыре рубахи, которые сунул в баул чуть ли не комом, Сергей не стал распаковывать остальные и принялся раскладывать по ящикам все другие вещи. Ноутбук он положил на стол, но вытаскивать его из сумки не стал, а вот свою видеокамеру, видеоплеер с двенадцатидюймовым монитором и дюжину кассет с DVD-дисками спрятал в ящик стола. Сидеть в квартире и смотреть телевизор ему не хотелось и он решил прогуляться и осмотреться в прошлом, о котором к своему стыду он знал не так уж и много, так самые общие сведения.

Сергея не интересовала ни политика, ни коридоры власти.

Стоит ли встречаться с узбеком / страница 2

Он был прежде всего бизнесменом, а бизнес и Советский Союз эпохи застоя были так далеки друг от друга, что одно не видело другого даже в самый мощный телескоп. И всё-таки ему нужно было теперь как-то устраивать свою жизнь в этом мире. В принципе продав всё то золото, что у него имелось, он вполне мог прожить какое-то время вполне безбедно, а покупатели на него в этом городе имелись. На Северном Кавказе, особенно в Кабардино-Балкарии, в те годы работало немало цеховиков.

Поменьше, конечно, чем в Грузии, но всё. Об этом ему рассказывали контрактники из местных, когда он служил в этих краях в две тысяче первом, две тысячи втором году. Да, и позднее, когда он приехал в Пятигорск к своему дружку налаживать деловые контакты, он не раз слышал, что когда-то цеховики здесь крутились не в пример нынешним бизнесменам. Оспаривать их у него не было никаких оснований, но теперь у него появилась возможность выяснить, так ли это было на самом деле.

Надев тёмно-серый костюм с голубой однотонной рубашкой и повязав свой оксфордский галстук оксфордским же узлом, заколов его массивной золотой заколкой с тремя голубыми бриллиантами, Сергей надел на безымянный палец гайку с брюликом и посмотрелся в зеркало.

Оно отразило молодого, элегантно одетого блондина ростом метр восемьдесят пять, широкоплечего и атлетически сложенного, русоволосого, с довольно симпатичной физиономией. Егор Трофимов, с которым он работал вот уже восемь лет, заразил его восточными единоборствами, а потому уж с кем-кем, а двумя, тремя пятигорскими армянами он точно сможет справиться даже не доставая ствол.

Зато если его заметут с американской пушкой, пусть и стреляющей резиновыми пулями, да, ещё и без документов, то ему будет очень трудно объяснить ментам, кто он и.

Увы, но позвонить в Москву, чтобы попросить знакомых ментов, прокурорских или фээсбешников помочь ему разобраться с кем-либо, он сможет только через тридцать лет или не сможет, если его жизнь продолжится с одна тысяча девятьсот семьдесят шестого года. Поэтому Сергей, подумав, снял с руки перстень, а с галстука заколку и спрятав всё, надел тёмное, синевато-серое пальто тонкого кашемира.

Уже у самой двери он вспомнил о своём самом главном пятигорском друге и партнёре — Димке, с которым вместе служил во Владике. Даже не столь о нём, сколько о его родителях, которые работали в компании своего сына. Точнее о его матери, Елене Викторовне и о том, что она когда-то заведовала на Нижнем рынке комиссионным магазином. Сергей широко заулыбался и вернулся в комнату. Всё эти вещи были в упаковках, их купила ему мать и он взял это барахло самого дикого фасона только для того, чтобы основательно изодрать его в горах и поскорее выбросить.

Даже не пытаясь мысленно прикинуть, что всё это могло стоить, Сергей вышел из дома и пошел к Нижнему рынку искать комиссионку. Её он нашел не сразу, а вот Елену Викторовну узнал моментально и даже не удивился тому, какой красавицей ты оказалась. Жалея о том, что не купил цветы, он постоял несколько минут разглядывая вещи, повешенные на стене и выложенные на прилавок, думая про себя: Как только Димкина мать, которая, явно, была в положении, но носила не друга Сергея, а его старшую сестру, поговорила с какой-то покупательницей, он подошел к прилавку и негромко поприветствовал молодую женщину: Вы не уделите мне несколько минут?

Меня зовут Сергей и мне очень нужна ваша помощь. Елена Викторовна улыбнулась и ответила: Откуда вы знаете моё имя. Вроде бы я никогда не встречала вас раньше. Сергей заулыбался и подумал про себя: Сказать ей правду он не мог, а потому начал вдохновенно врать: Его зовут Славик и он как-то сдавал вам какую-то вещь и сказал мне, что с вами можно договариваться. Тут у меня есть с собой кое-какие вещицы, которые мне не нужны, но всё дело в том, что мне срочно нужны деньги.

Елена Викторовна улыбнулась, кивнула головой и сказала: В крохотном кабинете Сергей первым делом усадил Димкину мать за стол, после чего достал сигареты и шепнул: Насколько мне известно вы тоже курите, но сейчас вам этого делать нельзя, это может плохо отразиться на вашей дочери.

Глаза у Елены Викторовны округлились и она спросила: Не всегда, конечно, но иногда я очень ясно вижу, кто находится рядом со мной и что этого человека ждёт в будущем. Ваше будущее видится мне вполне счастливым и безоблачным. Этим летом, в конце июня, у вас родится дочь и вы назовёте её Лидой, но чтобы окончательно вас обезопасить, я предлагаю вам отдать матери на несколько месяцев вашего пекинеса Чарли.

Иначе в конце мая, когда вы будете держать его на руках сидя в кресле, эта злобная, гавкучая псина искусает вам весь живот. Так он отреагирует на то, что Лидочка начнёт ворочаться у вас в животе. Поэтому вам лучше уже сейчас отправить Чарлика в ссылку. Рассказывая о том, что произойдёт с Еленой Викторовной, Сергей быстро выложил на стол свои вещи.

Его слова очень сильно подействовали на женщину и она воскликнула: Это паразит уже трижды рычал на. Сейчас у нас в кассе есть рублей семьсот, а остальное вы сможете забрать или перед закрытием, или завтра с утра. Пришла Валя и принесла деньги, семьсот сорок рублей. Она отдала их Елене Викторовне и как только вышла, Сергей снял с руки свой браслет, изготовленный в Италии на заказ, и спросил: Честное слово, я даже не знаю, сколько она стоит, но весит он сто двадцать пять граммов.

Золото семьсот пятидесятой пробы, красное и желто-зелёное. Вы знаете, Сергей, я попробую. Покажу его Марату, директору рынка. Вы можете оставить мне браслет? Можете не торопиться с браслетом, а если кого-то это заинтересует, то я могу предложить ещё и цепь к. Правда, ценным здесь является не само золото, а работа ювелира Фабио Лоренцетти. Это эксклюзивный гарнитур для очень состоятельных господ. Положив деньги в бумажник, а в руку Елены Викторовны вложив золотой браслет и сорок рублей, Сергей вежливо поклонился и вышел из её кабинета.

У него сразу же отлегло от души. По крайней мере на ближайшие дни никаких проблем с деньгами у него точно не будет, а там может быть он и скинет цепи. Сергей улыбнулся, отрицательно помотал головой и сказал: Был я пару раз в Нью-Йорке и один раз в Лос-Анжелесе по делам и мне там не очень понравилось.

Две истории...

Это не Рим и тем более не Венеция. Оставьте журнал лучше для какого-нибудь другого покупателя. Купив себе мороженное, он пошел в сторону Цветника, с любопытством разглядывая прогуливающихся по бульвару людей. Он уже успел заметить, что их одежда не отличалась ни особым шиком, ни высоким качеством, но и убогой, как об этом любили говорить, вспоминая о советском прошлом, некоторые журналисты, российские и западные, назвать её тоже было.

Зато девушки в Пятигорске были очень красивые, пускай и не модно одетые. Они запросто дали бы сто очков форы парижанкам любой эпохи. Красивые лица, широкие улыбки. Хотя он и имел тонкий корпус, камера у него была, что надо, на шесть мегапикселей. Сергей напрягся, но быстро расслабился, увидев, что парень широко улыбается, и тоже улыбнулся. У него всего пять пачек осталось, да, и продаёт он их не по тем ценам, по которым их могут курить следаки прокуратуры.

Слушай, у тебя, случайно, не осталось сигарет. Мы с ребятами из следственного отдела скинулись и хотим купить пару блоков для шефа. Сам понимаешь, начальству нужно угождать. Сергей, понимая, что с прокурором лучше не ссориться, улыбнулся и добродушно сказал: У меня как раз завалялось два блока, но это последние.

Ты же знаешь, что меня бомбанули и я сижу без бабок. Следователь прокуратуры почесал затылок, достал из кармана несколько купюр и со вздохом сказал: Поехали, я тут неподалёку снял квартиру. Посмотрим, что ещё можно будет задарить твоему шефу. У него как дела со зрением?

Сергей рассмеялся и воскликнул: Есть у меня ещё одни, ничуть не хуже. Сами собой темнеют на солнце. Про деньги я уже и не говорю, чёрт с. Следователь честно сказал ему: Тем более, если тебя подломили в аэропорту. Нет, я, конечно, звякну куда надо, но поверь, надежды нет никакой. Так что придётся тебе завтра заехать ко мне на работу, мы смотаемся на Рубина и там тебе выпишут справку, чтобы ты потом смог в Москве получить паспорт и что там у тебя ещё спёрли.

Только прилетел в Минводы, нет чтобы сразу ловить такси и ехать в Питер, так я, сдуру, в здание аэропорта пошел. Посмотреть расписание на Краснодар и Сочи, вот и посмотрел на свою задницу. Лучше бы я к вам поездом поехал. Хлопот теперь будет месяца на три. Виктор покивал головой и подтвердил: Паспорт это ещё ерунда, в Москве тебе новый быстро выпишут, а вот за утерю загранпаспорта могут и вздрючить.

Надеюсь, что это был хоть красный паспорт, а не синий, мидовский? И на хрена ты его только взял с собой, Серёга? Ты что, маленький что ли? Сергей притворно вздохнул и пожал плечами. Виктор быстро доехал до дома, в котором он снял квартиру, но заезжать во двор не.

Поэтому он поднялся в квартиру без него и вскоре спустился вниз, держа в руках картонную коробку с виски, к которому он привык, а также футляр с очками и ещё пьезоэлектрическую зажигалку с фонариком. Протягивая всё Виктору, он сказал, указывая на зажигалку: Батарейка быстро сдохнет, зато ей кремни не нужны. Если не брешут, на двадцать пять тысяч вспышек хватит, только и знай, что газом заправляй. Пьезоэлектрическая и на ветру не гаснет потому, как с калильной сеткой вроде.

В общем отличная зажигалка. У меня такая. Виктор включил фонарик, посветил им себе под ноги, потом прикурил сигарету, прислушался к лёгкому свисту пламени зажигалки и с удивлением в голосе спросил: Никогда ни о чём подобном не слышал.

Пьезо ладно, это ещё понятно, но она же свистит, как реактивный двигатель. Сергей ухмыльнулся и ответил: Там есть один небольшой магазинчик на Либерти Стрит, где торгуют всякими новинками.

Вот там я эту зажигалку и купил. Их японцы делают, но небольшими партиями. Слушай, как же тебе в Штаты удалось прорваться. В нашем союзе хотя и театральные деятели, долбаки все редкостные, ни в языках не рубят, ни в контрактах, вот меня и посылают время от времени за рубеж договариваться на счёт возможных гастролей. Сначала я еду, вроде как на разведку, а потом уже эти старые пердуны на крыло встают.

Им, как ты понимаешь, весь почёт и слава, а мне всё остальное. Ну, а помимо языков, у меня к ним талант с детства, мне ещё моя служба в погранвойсках помогла и то, что родители у меня работают всё же не дворниками.

Ну, поехали что ли, Виктор. Я тут тебе черкнул свой пятигорский телефон, так что если наклёвывается какое-нибудь мероприятие с шашлыками, то поставку чая в стеклянной таре я беру на. Виктор взял листок бумаги и воскликнул: Мы как раз собираемся в воскресенье в горы съездить, на шашлыки. В Домбай, вот держи мою визитку, только здесь мой рабочий телефон. С утра и часов до десяти, одиннадцати меня легко застать на работе, а домашнего у меня.

Так легче жить, никто не звонит по ночам, а ехать за мной на Слободку никто не хочет и днём. А за твой подарок шефу отдельное тебе спасибо, Серёга, может быть он теперь будет не так сильно к нам, следакам, приглядываться.

Это ты верно заметил, если начальство не тешить и не холить, оно действительно рычать начинает со сранья. Меня в городе каждая собака знает.

Сергей демонстративно взял под козырёк и широко улыбнулся. Знакомство с работником прокуратуры, да, ещё и старшим следователем, как он успел прочитать на визитной карточке, отпечатанной методом шелкографии, ещё никому не помешало. Теперь, когда у него в бумажнике лежали не красивые фантики, а пусть и простенькие на вид, но тем не менее настоящие деньги, жить стало лучше и даже веселее.

Он приосанился и с горделивым видом, по прежнему широко улыбаясь, пошел в сторону грота Дианы. Было три часа сорок минут пополудни и Сергей тешил в душе надежду, что ему в этот солнечный, яркий и тёплый денёк повезёт и он познакомится с какой-нибудь девушкой раньше, чем у него начнётся жестокий приступ сперматоксикоза.

Кто-то называл его кобелём, кто-то Казановой, но сам он считал, что так они и должно быть в двадцать девять лет. Время от времени Сергею попадались на пути женщины, но все они были в основном бальзаковского возраста и потому он лишь улыбался им и не делал даже малейших поползновений к тому, чтобы познакомиться.

Курортный роман дело известное, лёгкое и совершенно мимолётное, ни к чему не обязывающее, но ему хотелось: Больше всего в снятой квартире ему понравилась большая софа и Сергею очень хотелось поскорее испытать её в настоящем деле.

Поднимаясь по ступенькам он дошел до знаменитого пятигорского орла питающегося змеёй, но так и не встретил на своём пути ничего примечательного. Возле орла скучал фотограф, который тотчас предложил Сергею свои услуги и он, вальяжно кивнув ему головой, поднялся повыше и принял возле изваяния небрежно артистическую позу. Поднимаясь к орлу, Сергей увидел, что на некотором отдалении от скульптуры, в китайской беседке стоит очень милая девушка.

Волосы этой стройной особы, а ничего, кроме её фигурки, задрапированной в приталенное полупальто, он разглядеть не смог, сверкали красной медью. Поэтому быстро расплатившись с фотографом, он бросился к китайской беседке буквально бегом, хотя путь туда был неблизким. Зато когда он сбегал вниз по ступенькам, ему попалась под руку бабушка с девятью гвоздиками в руках. Сунув ей четвертак, Сергей чуть ли не выхватил у предприимчивой, так вовремя подошедшей старушенции цветы, снял очки и помчался вверх по дорожке так, словно попутно он снял с кота его сапоги-скороходы.

К китайской беседке Сергей примчался вовремя. Девушка оставалась на месте и, вообще, похоже вовсе не собиралась никуда уходить.

Она присела на перила и смотрела на Эльбрус. Воздух был на диво прозрачен и было видно не только его двуглавую вершину, но и зубцы Большого кавказского хребта. На ближних подходах к предмету своего вожделения Сергей сделал несколько дыхательных упражнений по всем правилам цигуна, достал из кармана свой мобильник, спрятал цветы за спину и стал медленно, словно тигр к антилопе на водопое, подкрадываться к девушке, профиль которой был просто божественно красив.

На вид ей было не более двадцати пяти лет, что Сергея более, чем устраивало. Она была довольно высокого роста и имела очень стройные ножки, которые позволяла лицезреть довольно короткая синяя юбка. Одета девушка была довольно просто, но опрятно и изящно, но самое главное у неё были просто шикарные каштановые волосы и лицо настоящей богини. Сергей, обутый в мягкие полуботинки, ступал по камню горы Горячей практически бесшумно, как это и полагалось матёрому пограничнику, имевшему опыт боевых действий в горах.

Он не торопился, а девушка, явно, никуда не спешила и потому ему удалось отснять небольшой видеоролик во время своего приближения к объекту грядущего домогательства. Девушка почувствовала его присутствие только тогда, когда он подошел к ней практически вплотную и крупным планом снимал на видеокамеру её лицо. Интернета, что ли у тебя нет? Ты, короче, Фаина, не отвлекайся. Со всеми это когда-то произойдет. А тут ты и мне поможешь. Получится, я помогла тебе, теперь ты -.

И к тебе этот чувак хорошо отнесется. Он ласковый, ты не переживай. И денежки еще поднимешь с. И потом еще зарабатывать будешь. Ты же говорила, мать тебе денег вообще не даёт! Она нищебродка, вообще мало зарабатывает. А тут у тебя реальные бабки появятся.

Сможешь шопиться с нами. Тебе же понравилось сегодня? Я такие вещи только в журналах вижу! Мимо этих бутиков ходила, только расстраивалась! Никогда бы не подумала, что смогу в них что-то покупать. А мне можно эту блузку оставить?

terijoki.spb.ru

Да не загоняйся ты, Фаин. Больше тебя никто тронуть не посмеет. Сама потом кого хочешь, загнобишь. А там мазью такой специальной помажешь перед этим, и. Да мы тебе все расскажем, не парься и ни за что не переживай!

Пошли еще тебе туфли купим. Она же сказала. Да не врёт она, такие не врут. Мне надо стопудов знать. Чтобы все было натурально. Но это лучше, мне. Для чего она тебе вообще? И туфельки вот такие, а? А сама не хочешь её проверить? Я для неё буду добрым ангелом. А ты — жутким дьяволом. И я буду от тебя её спасать, тип! Всё сделаю для тебя, милая. Девчонки, улыбаясь, поцеловались в щеки и, помахав друг другу на прощание, разошлись каждая по своим делам.

Они такие милые, не правда, ли? Тут она маленькая прост, не видно. Башня это называется Эйфелева. Да неважно, не бери в голову. Вот бы побывать. Надо заняться, денежек заработать, паспорт сделать, потом визу оформим и рванем?

Как мы так-то рванем? Без паспортов всяких и виз. А бабки у меня есть, немного, но на поездку хватит. И вообще, кто сказал, что мы не можем бывать там, где нам хочется? Что хочется, то и можно!

Мы чо, кого-то убиваем? У кого-то чо-то отбираем? Мы просто хотим быть там, где нам нравится, с тем, с кем нам хочется! Короче, дело к ночи! Катя с любопытством смотрела на Бациллу. Ваще чума была, так-кая поездочка! Не, ну канеш, потом надо все равно паспорт сделать, да и гонять туда без палева. Но вот так - это совсем другое. Как типа шпион-диверсант, хах!

А то позже уже холодно. Туда - обратно, м-м-м, ну пусть три дня. Лучше бы в среду, сразу после уроков. В среду рванем, а все темы по учебе я пораньше закрою. Тебе надо что-то помочь сделать? Пухлый и Киря мне пишут там, домашку мне делают. А устные меня редко спрашивают. Домашку за него делают… Ладно. Если чо, давай я буду делать, мне не трудно. Эта поездка будоражила воображение так, что Катя всю неделю мыслями была в предстоящем путешествии. После уроков в среду Бацилла уже ждал её возле школы.

Ребята заехали к Кате домой, она собрала кое какие вещи, предупредила бабушку, что её не будет до понедельника. Заходить нужно было через Белоруссию в Литву. Дорога была неутомительной, несколько раз ребята останавливались. Ехали весело, регулярно устраивая гонки на более- менее свободных участках. Катя за эту дорогу оторвалась на мотоцикле, как никогда.

Однако, Бэла, ловко объехав препятствие перед постом, не только не тормознул, а еще и дал по газам, отчего БЭХА даже привстала на заднее колесо. Катя, ехавшая почти на колесе у Бациллы, тоже не стала тормозить, справедливо рассудив, что менты не станут за ними гоняться на патрульной машине. Чтоб вы порасхерачились на своих жестянках! Он с досадой посмотрел им вслед, и, сдвинув фуражку на затылок, упер руку с палочкой в бок и смачно плюнул, выражая свое негодование.

Зайдя на пост, обратился к напарнику. Я так вообще на этих чертей не реагирую! Гонять их все равно не на чем…. Давай по цепочке, пусть их… -Да брось ты их, забудь!

Вон колонна фур идет, иди лучше их тормози! А то чо-то сегодня день не задался. Следом к нему подъехала Катя. Сняла шлем, личико раскраснелось, волосы развивались от ветра. Бацилла залюбовался ей, такая она хорошенькая. Я, блин, когда увидела, что ДПСник выскочил, думаю - Только-б под байк не кинулся! Чо ему, жизни не жалко? Гоняться же все равно не будет! Знаю, что не погонятся, ну все равно как-то… Они же полицейские!

За соседним от ребят столиком расположилась пожилая пара, а чуть подальше, в глубине, сидела довольно шумная компания парней. Их было четверо, двое были явно подвыпившие. Катя прошла мимо них помыть руки. Возвращаясь, парни довольно громко обратили на неё внимание. Обожаю девок - байкерш!

Вот почему перед тем как что-то сделать, человек должен задать себе ключевой вопрос - что в тебе превалирует, честный труженик или страстный собственник. И в зависимости от того, какое решение ты примешь, плоды твоих деяний оценит коллектив и твоя совесть. Вопросы решать нужно, - ворчал Рябчик налегая на "о". Поволжский акцент у Рябчика под градусом отчего-то проскальзывал завсегда. Сатиры Рябчик и Матыга поплелись в департамент "У Юзика". Заядлый киник Глушкин почухал по проспекту Скорины в парк имени Челюскинцев, что бы позмеиться трусцой среди елей с окурком в зубах.

Я нырнул через турникет в часпиковую толкотню метрополитена. Стеклянно моргая военными глазками, шоркнутый Лимонад с порога увещевал, что "ширево и порево - это очень здорево". Свиридов тогда где-то запропал на пол-пути. Малолетние лимитчицы-дурынды из текстильной ремеслухи с характерными фингалами вокруг запавших мутностей терпеливо вываривали в черпаке на сапфирово-камфорочном цветке - "марочку", и сладко мечтали вслух забросить свою хабзайню подальше и удрать в Голландию, чтобы заниматься там консумацией.

Алюминиевая чеплашка коряво топорщилась засохшими макаронами. Да здравствуют спермы литровые кружки! От инъекции я отказался не из-за предрассудков - боюсь уколов, типа бегемотик Чуковского. Кстати, Корней Иванович, кажись, марихуану тоже предпочитал. Лимонад же двигался шашечками: Радея за персональную лепту в поваренное искусство, Лимонад уговаривал меня отпробовать его макаронов.

Прилепившиеся вампиршами, девки лезли с тем же, засовывая оные мне прямо между резцов сквозь щербинку.

Макароны, на удивление, оказались сладковато-вкусными, непонятно какими, но совершенно 23 немакаронистыми.

Твёрдый, как колчедан, подленько секретничая про экзотичность, Лимонад лишь выдал многозначительно, что "присмаки" что ни на есть настоящие протеины. Контраста ради мы разгадывали редкостную дрянь под названием "Загадка", от которой я ныл привередой, что пойла можно было бы сыскать и поприличнее.

Затем под инфернальный саунд "Лайбах" с ужасом - ибо запоздало сканировал про СПИД - я бадминтонился с взлохмаченной толстушкой, пока здесь же плечо в плечо Лимонад пыжился со своей, плоской, вроде противня. По фронтовой привычке, махнулись не глядя: Коммутативность опять же в школе неплохо освоили.

Чёс стоял - аж шерсть дыбом! И хотя из динамиков "мыльницы" хрипло рвался Джо Кокер, у меня по меридианам-извилинам южноправого и лево-северного полушарий, типа на бабинах, крутился его собрат по хрипотце - Владимир Высоцкий. Не бойся заблудиться в темноте И захлебнуться пылью - не один ты!

Мы будем на щите - Мы сами рыли эти лабиринты! Выполнив боевую задачу, мы слегка позадыхались, точно от острой коронарной недостаточности, вывалив на бок языки.

Одна из них уважительно назвала нас какими-то ратиборцами и сказала, что от такой прыти и родить можно даже не зачавши. Другая в эпитетах была попроще и посетовала, что бывают мальчики даже скучнее, чем самотыки-иммитаторы, просто "плен-пленумом, а не мальчики", но мы не такие, мы даже ничего себе такие очень, утрубляем живчиками да шустро так, как понос.

Продолжая изыски пролетарского юмора Лимонад поведал как печень, сердце и хуй вышли на пенсию, как печени да сердцу положили по стольнику, а хую - пятихаткукак внутренние органы завозмущались такой несправедливости, и как им ответили: Задремав, я созерцал себя топавшим во сне в сабо по пляжу, таким упрямым отщепенцем в пижаме и панамке сползающей набекрень. Разрозненное сборище дяденек и тётенек кочевряжилось обалденной панорамой.

Потом всё сузилось до раструба, стало холодно и врубился я, что нахожусь среди свиных туш в рефрижераторе. Проснулся я возле дивана. Сощуренные хитрой глупостью, на меня зыркали поросячие глазки из зеркала пудреницы. Из пасти полыхало зловонным факелом, вроде гниловатой трубы "Белтрансгаза", отчего тараканы в ужасе разбегались по углам, где благополучно отдавали концы, будто от оружия массового поражения.

Окрылённый чудовищным голодом, я поскакал к холодильнику - мародёрствовать. Кроме тарелки с 24 творогом - павильон пустовал. Свесившись над рыхло-жирной горкой, похожей на раздробленный пенопласт, я хватал, типа собака блох, законопачивал желудок, когда в образовавшейся расщелине приметилось нечто необычное: Снедаемый септическими подозрениями я поднял переполох и спросил у Лимонада: Спросонья Лимонад плёл околесицу про псевдоисторическую хронику Холиншеда.

Показушно треснув Лимонада по скуле, я пообещал ему компенсацию костылями. Очнувшись, он запел ноктюрн об обескураженности моим поведением, мол, невдомёк ему калечному, с чего я взбеленился, мол, никакой он вовсе не злоумышленник. Когда, вникая в подоплёку, я весомо "хукнул" справа, Лимонад оповестил речитативом, будто в оратории, что "это" не шнурок, а червяк, что "это" - лаосский деликатес лаосский! Лимонад клялся, что накопал червей в экологическом Заславле и предоставил перечень физиопроцедур, связанных с приготовлением пакуют на ночь в творог, дабы очистились кишечники, обсыпают в сахарной пудре и обжаривают на подсолнечном масле.

Лимонад пылко убеждал меня в глупой предосудительности, однако никто ему уже не внимал, поелику у всех резко ослабли шлюзы и произвольно в унисон, точно из трёх брандспойтов Когда ресурсы истощились и реле заклинивало лишь на серию спазмов, мы улеглись втроём, словно Уныние, Хандра да Сплин, а мудила Лимонад, притянув жестяное корыто, в каких стирают младенцев, собирал блевотину, нагло соболезнуя и травя рецептурами выживания.

Выслушивая без пререканий его пресные романсы про то, как он подгадывал в общажном камбузе варить бульон, перекидывая втихаря курицу из чужой кастрюльки, и срочненько, когда кто-либо маячил на подходе, возвращая её на родину; как загибаясь от голодухи, попросил у Бога помощи и автоматически в форточку влетел воробей, как поймав на предобморочном пределе, убив птичку и ощипав, он засобирался окунуть оную в кипящую воду, но вошедшая индианка закричала: Хотелось плакать навзрыд, потому что всеми фибрами я ощущал себя и свой народ без официальной ретуши.

А потом вообще сделалось радикально никак и мрачное сосредоточие, приводившее меня обыкновенно к тягостным размышлениям о бренности, утратило какую-либо чувствительность. Словно в навасамджнье или девятикратной медитации над бренной плотью разлагающегося покойникая наблюдал превращение моего хвалёного синкретизма - в фантом, в угасающий реактор, завершающий цепной распад на атомы, ядрышки, дхармы И тогда же откуда-то из глубин моего естества, то ли с кубиком Рубика, то ли с синхрофазотроном, на поверхность поднялся мой Демон и сказал всему наперекор: Тебе просто нужно самоутвердится.

Опять же ты устал, и тебе надо отдохнуть. Местечко найди себе поукромнее. Знакомство с Кобрушей состоялось го июля - в ую годовщину со дня образования Ненецкого автономного округа - на вечерине посвящённой обновлённой редакции Дзяржтэлебачання РБ, куда меня зачем-то зазвал знакомый ханыга-ретроград.

Оттесненный личной скромностью к стеночке, я безмятежно безмолвствовал, наяривая бутерброды с сырокопчёной колбасой и невольно подслушивая порнографическую бредовость бомонда. Импрессионистско-ацетиленовая пестрота костюмов и аксессуаров выделялась и перхали все чего-то про корпоративные пагоды, в которых коллеги будут дружненько уживаться, только тамошний раут навеивал гипертоническую скуку, а всеобщая праздничность равнозначничала радости подследственных, справлявших бёздник в кэпэзэ.