Заика худой познакомится showthread php

Пальчиковая гимнастика — SurWiki

[quote name='Зайка' post='' date='Jul 20 , .. считаю себя обсалютно нормальной,не толстой не худой и МЧ не жалуется:) Да у нас чтоб с более менее нормальной деушкой познакомится надо из кож вон. Дверь распахнулась настежь, и в ее проеме возник Ленц – длинный, худой, с гривой волос цвета соломы и носом, который подошел бы совсем другому. Илюха сегодня долго упрашивал меня, чтоб я спала на кровати, а он на раскладушке, или, на худой конец – валетом.Договорились, что.

Да и по вечерам.

Посмеялся сам - поделись с другом!!!

Потому что время от времени вдруг накатывалось прошлое и впивалось в меня мертвыми глазами. Но для таких случаев существовала водка. Я разорвал листок с датами моей жизни и бросил клочки в корзинку. Дверь распахнулась настежь, и в ее проеме возник Ленц — длинный, худой, с гривой волос цвета соломы и носом, который подошел бы совсем другому человеку.

Ну-ка встать и стоять смирно! Начальство желает говорить с тобой! Помилосердствуйте, ребята, прошу вас! За ним вошел Кестер. Ленц встал передо мной во весь свой огромный рост. Но, знаешь ли, она в духе твоего гороскопа. Только вчера я его составил. Итак, рожденный под знаком Стрельца, ты человек ненадежный и колеблешься, как тростник на ветру. А тут еще эти подозрительные тригоны Сатурна. Да и Юпитер в этом году подкачал.

Но поскольку мы с Отто вроде как твои отец и мать, то я первым преподношу тебе нечто для самозащиты. Когда-то я получил его от девы, чьими предками были инки. В ней текла голубая кровь, были у нее плоскостопие, вши и дар предсказывать будущее.

Илюшка Отважный и Тёма Питерский - Страница

И дабы не обрывались звенья счастья, я передаю его тебе, Робби. С этим он надел мне на шею крохотную черную фигурку на тонкой цепочке. Это против горестей высшего порядка. А от повседневных неприятностей вот — шесть бутылок рому. Их дарит тебе Отто! Этот ром вдвое старше тебя! Он развернул пакет и одну за другой поставил бутылки на стол, залитый светом утреннего солнца.

Бутылки сверкали, как янтарь. Долго рассказывать… Лучше скажи, как ты-то себя чувствуешь? В общем, хвалиться нечем. Ведь ты без чьей-либо помощи, так сказать, суверенно, покорил время и проживешь целых две жизни.

Кестер внимательно смотрел на. Особенно по утрам… Но ничего — постепенно он придет в. Если человек чего-то стоит, значит, он уже как бы памятник самому. По-моему, это и утомительно, и скучно. Затем умылись и переоделись. Ленц с вожделением смотрел на батарею бутылок. Сразу по всей мастерской разлился аромат рома. Для достойных сравнений нужна самая высокая поэзия. Поедем за город, там где-нибудь поужинаем, а бутылку прихватим с. Разопьем ее на природе.

За ним стоял довольно странный предмет на колесах. То была гордость нашей мастерской — гоночная машина Отто Кестера. В свое время, попав на аукцион, Кестер по дешевке приобрел этот высокий старый драндулет. Знатоки без колебаний утверждали, что это был бы любопытный экспонат для музея истории транспорта. Больвис, владелец фабрики дамских пальто и гонщик-любитель, посоветовал Отто переделать эту штуку в швейную машину.

Но Кестера все это ничуть не трогало. Он разобрал свое приобретение на части, словно часовой механизм, и несколько месяцев кряду ежедневно возился с ним дотемна. Как-то вечером подкатил на нем к бару, который мы обычно посещали. Чтобы позабавиться, Больвис предложил Отто пари — двести марок против двадцати, если тот рискнет на своей таратайке помериться силами с его новой спортивной машиной.

Дистанция — десять километров, Кестер получает для своей машины фору в один километр. Кругом стоял хохот — все предвкушали небывалую потеху. Но Кестер изменил условия состязания: Больвис оторопел и спросил Отто, не отвезти ли его в дом для душевнобольных. Вместо ответа тот запустил двигатель. Оба сразу же тронулись с места, чтобы решить, кто —. Через полчаса Больвис вернулся с таким расстроенным видом, словно увидел морского змея. Молча он выписал чек и тут же стал выписывать второй — хотел, не сходя с места, купить эту старомодную машину.

Но Кестер высмеял. Теперь он не хотел расстаться с ней ни за какие деньги. Но как бы она ни была безупречна по своим техническим качествам, ее внешний вид все еще оставался страшноватым.

Для каждодневного использования мы смонтировали какой-то особенно старомодный, прямо-таки допотопный кузов. Лак утратил блеск, крылья были в трещинах, а ветхий откидной верх прослужил никак не меньше десяти лет. Мы, конечно, могли бы придать машине куда более привлекательный вид, но по определенной причине сознательно не делали. Он быстро нагнал нас, радиаторы поравнялись. Мужчина за рулем небрежно глянул на.

Он уселся поудобнее, с веселым любопытством снова посмотрел на нас и прибавил газу. Словно терьер рядом с догом, маленький и юркий, он стремительно несся вперед, не отставая от здоровенной махины, сверкающей лаком и хромом.

Мужчина покрепче ухватился за баранку. Не подозревая, что его ждет, он надменно скривил губы. Мы поняли — теперь он нам покажет, на что способна его колымага. Он с такой силой нажал на педаль газа, что его выхлопная труба заверещала, точно стая жаворонков над летним полем. Но все было напрасно — он не мог оторваться от. Его ошеломленный водитель вытаращился на. Ему было невдомек, как это при скорости свыше ста километров в час невозможно стряхнуть с себя этакое старье. Не веря глазам своим, он еще раз посмотрел на спидометр, видимо, усомнившись в точности его показаний.

Затем пошел на всю железку. Теперь обе машины неслись ноздря в ноздрю по длинному прямому шоссе. Через несколько сотен метров показался шедший навстречу грохочущий грузовик. И куда только подевалась спесь нашего соперника!

Злобно сжав губы, плотно усевшись за рулем и захваченный азартом гонки, он подался. Казалось — честь всей его жизни зависит от одного: Мы же, напротив, притворяясь безразличными ко всему, сидели спокойно. Кестер невозмутимо смотрел вперед, на шоссе, я со скучающим видом уставился куда-то в небо, а Ленц, хотя он внутренне и сжался в комок, достал газету и принялся якобы читать ее, да еще с таким интересом, словно в эту минуту ничто не могло быть для него важнее.

Через две-три минуты Кестер нам подмигнул. Вот перед нашими глазами проплыли широкие блестящие крылья. Синеватый отработанный газ, шумно вырывавшийся из выхлопной трубы, обдал. Но он позволил себе лишнее. Не в силах сдержать ощущение полнейшего торжества, он махнул нам рукой — дескать, попробуйте догоните! Взмах его руки был небрежным, самоуверенным.

Но это было ни к чему. Засвистел компрессор, и сразу же исчезла только что махавшая нам рука. И вот тут-то мы как бы впервые заметили этот чужой автомобиль.

ПИКАП. ЗАИКА ЛЕГКО КЛЕИТ ДЕВУШЕК! ШОК!

С невинно вопрошающим видом мы смотрели на мужчину за рулем. Нам просто хотелось узнать, зачем это он махал нам рукой. Стоило ему появиться где-нибудь на шоссе, как тут же находился охотник обставить.

На иные машины он действовал как ворона с подбитым крылом на свору изголодавшихся кошек. Он приводил в состояние сильнейшего возбуждения водителей самых мирных семейных автоэкипажей. Всем хотелось его обогнать. Даже самые солидные бородачи, отцы семейств, и те попадали под власть неодолимого честолюбия, когда перед ними, подпрыгивая и спотыкаясь на ухабах, двигалось это нечто на колесах.

Никто из них не мог додуматься, что внутри смехотворного сооружения бьется великое сердце — отличный гоночный двигатель! Он учит людей чтить творческое начало, которое всегда заключено в неприметной оболочке. Так рассуждал Ленц, который и о себе говорил, что он — последний из романтиков. Стоял прекрасный тихий вечер. Борозды вспаханного поля с золотисто-коричневыми краями отливали фиолетовыми оттенками. На яблочно-зеленом небе, словно огромные фламинго, плыли облака, нежно оберегая мелькавший между ними молодой месяц.

На ветках куста орешника было какое-то предощущение утренней зари. Орешник был трогательно наг, но полон надежд на близящееся набухание почек. Из кухни доносился аромат жареной печенки. И еще — запах жареного лука. Наши сердца забились сильнее. Ленц не выдержал и ворвался в дом. Вскоре он вернулся с просветленным лицом.

Давайте поторопимся, а то, чего доброго, прозеваем самый смак! В эту минуту с легким гудением подъехала еще одна машина. Мы застыли, словно пригвожденные. Из-за подобных приключений у нас уже была не одна драка. Мужчина вышел из автомобиля. Это был рослый и грузный человек в просторном реглане из верблюжьей шерсти. Лицо его напоминало маринованный огурец.

С минуту мы молча смотрели на. Видимо, он принял нас за каких-то автомехаников, которые, нарядившись в воскресные костюмы, решили прокатиться на угнанной машине. Его крупный нос вздрогнул. Он очень ценил вежливость в. Из нее высунулась стройная ножка с узким коленом, а затем вышла девушка и медленно направилась к.

Его веснушчатое лицо расплылось в широкой улыбке. Да и все мы — бог знает почему — заулыбались. Толстяк озадаченно глядел на. Он потерял самообладание и явно не знал, как себя вести. Теперь девушка стояла вплотную к нам, и мы стали еще приветливее. Как это вы запросто обштопали меня! Девушка не последовала за. Стройная и безмолвная, она стояла в сумерках рядом с Ленцем и со. Я ожидал, что Ленц воспользуется случаем и с ходу взорвется, как бомба.

Он был создан как раз для таких ситуаций. Но он словно лишился дара речи и, вместо того чтобы затоковать, как тетерев, стоял, как монах ордена кармелитов, и не мог пошевельнуться. Иначе наверняка не стали бы так глупить. Девушка посмотрела на. Ведь наша машина развивает около двухсот в час. Она слегка подалась вперед и засунула руки в карманы пальто.

Господин Биндинг, надо думать, здорово разозлился на. Но ведь надо уметь и проигрывать. Иначе как же жить? Я посмотрел в сторону Ленца. Но последний романтик только ухмыльнулся, повел носом и не стал выручать. Где-то за домом закудахтала курица. Девушка, видимо, считала нас законченными кретинами. Но при всем желании ничего более умного я придумать не. Вдруг Ленц стал принюхиваться. За эти несколько минут Биндинг стал совсем другим человеком.

Видимо, он принадлежал к категории автоидиотов, которые испытывают абсолютное блаженство, если где-нибудь встречают специалиста, с которым могут всласть наговориться на любимую тему. Мы пошли в зал. В дверях Готтфрид, подмигнув мне, кивком головы указал на девушку: Но почему ты не выручил меня, когда я стоял перед ней, точно какой-то заика?

Мы последовали за остальными. Они уже сидели за столом. Хозяйка как раз внесла дымящуюся печенку с жареным картофелем. Кроме того, в качестве прелюдии она поставила перед нами большую бутылку пшеничной водки. Биндинг извергал потоки слов — прямо какой-то неумолчный водопад. Впрочем, он удивил нас своей осведомленностью по части автомобилей. Когда же он узнал, что Кестер вдобавок ко всему еще и автогонщик, его восторг перед Отто возрос до беспредельности.

Я повнимательнее пригляделся к. Это был тяжелый, крупный мужчина с густыми бровями и красным лицом; чуть хвастливый, чуть шумливый и, вероятно, добродушный, как и все, кому сопутствует успех.

Я вполне мог себе представить, как вечером, перед отходом ко сну, он серьезно, с достоинством и уважением разглядывает себя в зеркале. Девушка сидела между Ленцем и. Она сняла с себя пальто и осталась в сером костюме английского покроя. На шее у нее была белая косынка, похожая на шарф амазонки. При свете люстры ее каштановые шелковистые волосы мерцали янтарными отблесками.

Очень прямые плечи слегка выдавались вперед, узкие руки казались непомерно длинными и, пожалуй, скорее костистыми, а не мягкими. Большие глаза придавали узкому и бледному лицу выражение какой-то страстной силы. На мой вкус, она выглядела просто очень хорошо, но я нисколько над этим не задумывался. Зато Ленц превратился в огонь и пламя. Его нельзя было узнать — настолько он преобразился.

Три товарища

Золотистая копна волос блестела, как хохолок удода. Из него так и вырывался искрометный фейерверк острот. За столом царили двое — он и Биндинг. А я только при сем присутствовал и мало чем мог обратить на себя внимание — разве что передать какое-нибудь блюдо, или предложить сигарету, или чокнуться с Биндингом.

Это я делал довольно. Вдруг Ленц хлопнул себя по лбу: Ведь он заветный — припасен для дня рождения! А у кого это день рождения? Вы что же — не хотите, чтобы вас поздравляли? Секунду я держал ее руку в своей и чувствовал ее теплое сухое пожатие. Потом пошел за ромом. Небольшой загородный ресторан стоял посреди огромной безмолвной ночи. Кожаные сиденья нашей машины были влажны. Я стоял и смотрел на горизонт, где небо окрасилось красноватым заревом города. Я охотно стоял бы так еще и еще, но Ленц уже звал.

Биндингу ром пришелся не по нутру. Это стало заметно уже после второй рюмки. Пошатываясь, он пошел в сад. Я встал и вместе с Ленцем направился к стойке. Он потребовал бутылку джина. Он пристально посмотрел на меня своими лучистыми голубыми глазами, затем покачал разгоряченной от хмеля головой: Так просто этого никому не понять… А я пойду и попробую разведать, что там между ними — между этой девушкой и этим толстым автомобильным каталогом. Он пошел в сад за Биндингом. Вскоре они оба вернулись к стойке.

Видимо, полученная информация оказалась благоприятной, и, полагая, что путь перед ним открыт, Ленц с возрастающим восторгом стал обхаживать Биндинга. Они распили еще одну бутылку джина и через час перешли на. Уж коли на Ленца находило хорошее настроение, он делался таким неотразимым, что противостоять ему было. Тут он и сам не мог бы устоять против. Теперь же он окончательно покорил Биндинга и уволок его в беседку, где оба принялись распевать солдатские песни.

Увлеченный пением, последний романтик начисто забыл про девушку. Почему-то вдруг наступила полная тишина.

Только раздавалось тиканье шварцвальдских ходиков с кукушкой. Хозяйка наводила порядок и по-матерински поглядывала на. На полу около печки растянулась рыжая охотничья собака. Иногда она взвизгивала во сне — тихо, высоко и жалобно.

За окном проносились легкие порывы ветра. Их заглушали обрывки солдатских песен, и мне почудилось, будто этот небольшой зал вместе с нами поднимается куда-то вверх и парит сквозь ночь и годы, мимо нескончаемых воспоминаний.

Я впал в какое-то удивительное состояние. Оно перестало быть потоком, вытекающим из мрака и вливающимся в. Оно превратилось в озеро, в котором беззвучно отражается жизнь. Я взял свою рюмку с искрящимся ромом. Подумал о листке, который утром с грустью исписал в мастерской. Теперь грусть прошла, и казалось — все безразлично, лишь бы быть живым. Я посмотрел на Кестера. Он говорил с девушкой, но я не обращал внимания на его слова. Я ощущал нежный блеск первого хмеля.

Он горячил кровь и нравился мне потому, что любую неопределенность облекал в иллюзию какого-то приключения. Где-то в беседке Ленц и Биндинг пели песню про Аргоннский лес. А рядом со мной слышались слова незнакомой девушки. Она говорила тихо и медленно своим низким, будоражащим и чуть хрипловатым голосом. Я допил свою рюмку. Ленц и Биндинг снова присоединились к. На свежем воздухе они слегка протрезвели. Настало время собираться в обратный путь.

Я подал девушке пальто. Она стояла передо мной, расправив плечи и откинув назад голову, с полураскрытыми губами и никому не адресованной улыбкой, обращенной куда-то вверх.

И вдруг я на мгновение невольно опустил ее пальто. Где же все время были мои глаза? Спал я, что ли? Теперь я понимал восхищение Ленца. Полуповернувшись, она вопросительно посмотрела на. Я быстро приподнял ее пальто и тут заметил Биндинга, который все еще стоял у стола, красный как рак и в каком-то оцепенении.

Она достала пудреницу и открыла. Она посмотрела на меня поверх своего маленького зеркальца. Мои опасения были преувеличены, Биндинг довольно прилично держался на ногах.

Но мне не хотелось так просто отпустить. Она не сразу ответила. Выйдя на воздух, я записал номер. Мы посмотрели, как отъехал Биндинг, и выпили еще по рюмке. В баре золотисто отсвечивал коньяк, джин переливался, как аквамарин, а ром был как сама жизнь. Словно налитые свинцом, мы недвижно восседали за стойкой бара. Плескалась какая-то музыка, и бытие наше было светлым и сильным. Оно мощно разлилось в нашей груди, мы позабыли про ожидавшие нас беспросветно унылые меблированные комнаты, забыли про отчаяние всего нашего существования, и стойка бара преобразилась в капитанский мостик корабля жизни, на котором мы шумно врывались в будущее.

II Назавтра было воскресенье. Я долго спал и проснулся, когда солнце осветило мою постель. Я быстро вскочил на ноги и распахнул окно.

Стоял прозрачный прохладный день. Я поставил спиртовку на табурет и стал искать банку с кофе. Фрау Залевски — моя хозяйка — разрешила мне готовить кофе в комнате. Ее кофе был жидковат и не устраивал меня, особенно после выпивки накануне. В пансионе фрау Залевски я пребывал уже целых два года. Район пришелся мне по вкусу. Вдобавок перед моим домом расстилалось старое, давно уже заброшенное кладбище.

Оно заросло деревьями, словно парк, и в тихие ночи могло показаться, что все это где-то далеко за городом. Но тишина воцарялась поздно — рядом с кладбищем грохотал луна-парк с каруселями и качелями. Что касается фрау Залевски, то кладбище определенно давало ей дополнительный доход.

Ссылаясь на чистый воздух и приятный вид, она взимала со своих постояльцев повышенную плату. А стоило кому-то на что-то пожаловаться, как она неизменно отвечала: Подумайте, какое тут местоположение! Это помогало мне полнее ощущать воскресенье. Я умылся, походил по комнате, полистал газету, вскипятил кофе, постоял у окна и посмотрел, как поливают мостовую, послушал пение птиц на высоких кронах кладбищенских деревьев, и казалось, будто какие-то крохотные дудочки самого Господа Бога нежно заливаются под аккомпанемент негромкого и сладостного урчания меланхолических шарманок, расставленных у аттракционов луна-парка.

Я долго выбирал рубашку и носки, делая это так, точно у меня их было раз в двадцать больше, затем, насвистывая, опустошил карманы костюма: Странное имя — Патриция. Я положил бумажку на стол. Неужто это было только вчера, а не давным-давно? Разве это не потонуло в серебристо-жемчужном угаре опьянения? Какая все-таки удивительная штука выпивка! Пока ты пьешь, у тебя накапливаются разные мысли, ты сосредоточиваешься.

А пройдет ночь, и возникают какие-то провалы, и думается — да ведь с тех пор прошла целая вечность! Я переложил бумажку на стопку книг. Может, да, а может, и не стоит. Днем все выглядит иначе, чем вечером. Моя спокойная жизнь, в общем, вполне устраивала. За последние годы было предостаточно всякого шума и суеты. Я поискал глазами шляпу, которую вчера вечером, вероятно, где-то оставил, и невольно прислушался. Жившие за стеной супруги Хассе яростно укоряли друг друга.

Уже пять лет они снимали здесь небольшую комнату. В сущности, это были неплохие люди. Будь у них трехкомнатная квартира с кухней для жены да еще и ребенок в придачу, их брак, надо думать, остался бы вполне благополучным.

Но такая квартира стоила немалых денег. А заводить ребенка в эти шаткие времена — кто себе мог это позволить… Так они и теснились вдвоем, жена превратилась в истеричку, а муж, опасаясь лишиться своего скромного места, жил в постоянном страхе.

И в самом деле — увольнение было бы для него полной катастрофой. Остаться без работы в сорок пять лет — значит уже нигде не устроиться. В этом и заключался весь ужас его положения. Прежде, случалось, люди медленно шли ко дну, но у них все же оставался какой-то шанс вынырнуть. Теперь же за каждым увольнением зияла пропасть вечной безработицы. Я уже было решил незаметно выбраться из пансиона, но раздался стук в дверь, и Хассе, споткнувшись, ввалился ко. С тяжким вздохом он опустился на стул.

Но именно таким, как он, теперь было особенно трудно. Скромность и добросовестность вознаграждаются только в романах. В жизни же подобные качества, пока они кому-то нужны, используются до конца, а потом на них просто плюют.

Следующим буду я, вот увидите! В этом страхе он жил уже не первый месяц. Я налил ему рюмку водки. Он исходил мелкой дрожью, и было видно — недалек день, когда его нервы сдадут окончательно. Он не знал, что еще добавить к сказанному. Видимо, супруга не могла ему простить свое безрадостное существование. Ей было сорок два года. Уже несколько обрюзгшая и поблекшая, она все же не выглядела настолько потрепанной, как ее супруг. Она панически боялась близящейся старости. Не имело никакого смысла вмешиваться в их дела.

Если предпочитаете коньяк — найдете его в шкафу. А попозже возьмите жену и вытащите ее из вашей конуры. Сводите ее, например, в кино. Это не дороже, чем посидеть час-другой в кафе. Посмеялся сам - поделись с другом!!! Шеф Посмеялся сам - поделись с другом!!! Если газету "Из рук в руки" положить в туалет, то как она будет называться? Кто рано встает - тот целый день спать хочет.

А Вы не знаете, почему, когда я грызу сухари, у меня изображение на мониторе дрожит? Во что влюбился, то и целуй. Предупреждаем - телефон в режиме вибрации вызывает привыкание. Жениться следует хотя бы для того, чтобы узнать, почему этого не следовало делать.

Семья заменяет все, поэтому прежде, чем ее завести, подумай, что тебе важнее: Дети вносят в семью дружбу: Когда двое не доверяют друг другу, они женятся. Му-Му тонет и думает: Маленький мальчик гуляет с папой по зоопарку и видит зебру: Меня выгнали из дома.

Мало кто знает, что если ударить кулаком в стекло, то получится схема московского метрополитена. Сколько мусорное ведро ни утрамбовывай - выносить все равно придется.

Я бы и рад возлюбить ближних, но как-то их чересчур. Чтобы человек просто так сделал тебе приятное, надо просто сделать так, чтобы ему это было приятно. Все дети любят кроликов и хомячков. Взрослые предпочитают говядину и свинину. Особенно сильно деньги не пахнут тогда, когда их. Любовь - единственная бессоница, которая не раздражает!

В России цирк давно потерял свою актуальность. Депутат - человек неопределенных занятий с определенным заработком! Очередной пример женской логики. Сотрудница на работе, с жуткой обидой в голосе: Покупайте новый Аdоbе Рhоtоshор СS 3 с новым набором фильтров для базара.

Главный критерий при выборе обоев - чтобы были видны мухи. Как известно, театр начинается с вешалки! А, когда, выходя из театра, вы не находите на вешалке своего пальто - тогда начинается цирк! Много будешь знать - быстро сознаешься. Хорошо, когда шкаф, как купе, и плохо, когда купе, как шкаф. Не льсти себе, переспав с крутой фотомоделью. Может ей было "просто интересно: В наше время ни одному мужчине не захочется услышать, что он "голубых кровей".

Мамаша отчитывает беременную дочку-школьницу. А та ей говорит: Но живет на белом свете вот таких еще две трети! Ничего нет ценнее духовного родства и обычной, нормальной физической привлекательности друг для друга. Да и хотелось бы вам сказать дорогие мужчины, что идеи надо уметь воплощать в жизнь, не жить иллюзиями. Верю, что есть такие мужчины есть на русской земле, сильные и благородные.

Так вот настоящий мужчина это тот, кто много делает, а не много говорит Мужчина в семье -капитан корабля, несущий ответственность за всех членов экипажа Остальные подробности в переписке, но на бесконечную писанину не настроена: Если Вам близко все то, о чем говорю я, то расстояние значения не имеет.

Мы же живём в 21 веке У всех разный жизненный путь на этой земле. Я не жду принца. Я жду свою вторую половинку, своего мужчину, с которым мы будем единое целое.

Цельность-многие уже и забыли, что есть такое слово. Простите, если обидела кого-то своими рассуждениями. Эти рассуждения не теоретические Всем мира, добра, любви, встретить свою половинку!