Слова с мягчающем мягким знаком в словаре

Ответы@truthforce.info: слова со смягчающим мягким знаком

Чтобы запомнить, когда нужно писать мягкий знак, а когда – твердый знак, нужно Разделительный Ь пишется внутри слова (в корне или суффиксе. 4 слайд Словарь: октябрь, воскресенье. Разделительный ь (мягкий знак) пишется: внутри слова перед гласными е, ё, ю, я: крестьянин. Примечание: в первом предударном слоге после мягких согласных на месте буквы Е слово не является прямым знаком вещей. Это не 67]. В «Эти- мологическом словаре тюркских языков» отмечено, что это слово в киргиз- вождающему его духу: «есть легкая радость, тонкое, мягчающее сердце.

Просим вас в дальнейшем об этом не забывать. Председатель - Павел Николаевич Гамм, великий магистр восточных единоборств и главный сэнсэй по борьбе двуручным мечом. Владимир Георгиевич Петухов-Аксиненко, живописец. Также присутствовали подруги и жены вышеназванных господ - но разве их всех упомнишь Сегодняшние мои размышления подтолкнули меня к тому, чтобы объявить темой сегодняшнего заседания Клуба неприличные истории о сортирах. Не торопитесь упрекать меня за неблагозвучие как самой темы, так и термина, ее обозначившего.

Ибо, если вы позволите мне высказать несколько тезисов, мною тщательнейше обдуманных и сопоставленных с практикой - я надеюсь, что предложенная тема найдет в нашем кругу полное понимание и сопереживание. Во многочисленных общественных местах - начиная с нотариальных контор и кончая учреждениями культуры - такими, как скажем, планетарий, и заканчивая театрами оперы и балета, не говоря уже о Государственном Эрмитаже, курение и отправление естественных отправлений с незапамятных времен увязаны воедино общностью помещения для того и другого.

Это далеко не простое совпадение. И то, и другое в порочной западной цивилизации является делом сугубо интимным и несколько постыдным. Иное дело - наша необъятная страна, где подобное соединение не могло не дать, простите за каламбур, толчка, к новому витку нашей многонациональной культуры. Принципиальный отказ в российских общественных уборных, или, наукообразно говоря, сортирах, от индивидуальных кабинокобъясняется просто - их появление пошло бы в разрез с нашими великими традициями соборности высшей формой демократизма и коллективизма!

Если мы вспомним, сколько увлекательнейших, остроумных и откровенно головоломных игр появилось на свет именно в этих важнейших для человеческого существования местах, никто из вас не удержится от улыбки, вызванной приятным воспоминанием. Начиналось все просто и обыденно: Далеко было Пьеру де Кубертену до нашей российской изобретательности!

Говорю об этом с гордостью и не стесняясь. С одного конца сортира на другой играющие передают единственный на всех хабчик, стараясь ни в коем случае не уронить пепел - ведь уронивший более не затягивается! Это вам не жалкий западный покер - тут требуются как подлинно стальные нервы, так и физическая подготовка, ведь вызвана игра дефицитом сигаретпускай и благополучно преодоленным. Вот где выявлялись столь приятные людям качества лидеров, а сами лидеры уже исходя из правил игры получали заслуженные привилегии, легитимность которых была подтверждена многолетней традицией состязания.

Не важно, какова семантика этого корня - важно то, что в российском быту понятия "французский" и " культурный " нередко сливались воедино. Может быть поэтому многие из нас предаются - признаемся честно - именно в этом месте разнообразным видам интеллектуального труда, особенно чтению Я достоподлинно знаю, что многие из присутствующих предаются этому любимому делу именно там, чему свидетельство - долговременные очереди в подобные заведения в коммунальных квартирах.

Сортир нашел свое место и в необъятной толще российского фольклора. Чего стоит хотя бы поговорка "Сранье без куренья - как чай без варенья", или знаменитое присловье "Я с этим нехорошим человеком на одном поле срать не сяду".

О чем говорят нам эти народные шедевры? Об изначально доброй, семейной, любовной атмосфере, которая должна царить в этом с виду прозаическом уголке На стенах русского сортира впервые обрела плоть и кровь наша гласность. Здесь русский человек протестует против несправедливости, проявляет политическую волю.

Вот например один из шедевров настенной литературы, отмеченный мною в уголке соответствующего профиля философского факультета ЛГУ. В сортирах гадости писать Сия традиция не нова, Но кто посмеет отрицать, Что только здесь свобода слова!

Итак, я прошу вас изложить свои истории о сортирах, памятуя о том, что мы рассматриваем это явление в социокультурном, а если не кривить душой - то и в историческом аспекте, и потому попрошу воздержаться от ненужных деталей излишнего натурализма, подробно излагая интересующую нас всех суть!

Слова просит член клуба Энди R. Председатель удовлетворяет просьбу и требует объявить название рассказа. Слово предоставляется Энди R.

История эта произошла на моих глазах в году. Это время было зарей второй русской демократии. Рассказ мой кажется мне историчным в какой-то степени - надеюсь, вы не примете мои слова за преувеличение. Начну я просто, но со вкусом, в традициях нашей литературы.

Жизнь русского солдата известна и непритязательна. А командир наш, рожден был он хватом или нет, но о чистоте казарм заботился рьяно, и в один прекрасный, по его собственному мнению, день, приказал закрыть курилки и запретил курение в летнее время на всей территории части, кроме полкового сортира.

Примерно в то же время прибыл к нам для прохождения службы молодой замполит, старший лейтенант Певченко, и был определен в третью роту второго батальона, то есть к.

Телевизора мы не смотрели - разве что в обязательном порядке, "Служу Советскому Союзу! Новости в газетах выглядели более чем удивительно. Свежий человек, воочию видевший перемены в большом городе, был занятной диковиной.

Тем более - замполит. Старший лейтенант Певченко олицетворял. И олицетворял он происходящее отчасти в силу того, что перемены эти там, откуда он прибыл, носили более ощутимый характер, отчасти потому, что хотел того.

Как и всякий неглупый человек, находящийся на руководящей должности, он стремился в разумных пределах сократить дистанцию между собой и своими подчиненными, но по молодости и из-за отсутствия опыта частенько терял ощущение разумности этих пределов.

Однако, понимая значение своевременного сбора точной информации о психологическом климате во вверенном ему коллективе, он верно выбрал ряд приоритетных направлений, последовал в одном из них - и пришел в солдатский полковой сортир. Там к нему приставали с лукавыми расспросами, безбожно расстреливали у бедняги половину сигарет, но он мудро счел это необходимостью, и с готовностью пошел на эту жертву. Щедрость-то едва его и не погубила.

Как уже подчеркивал Председатель в своем докладе, соединение в одном помещении двух важнейших элементов быта привело к появлению культурного феномена, значение которого невозможно приуменьшить. В специфических условиях армейской жизни сортир превратился в центр умственной деятельности, культуры, а так же связи - как локального масштаба, так и с окружающим миром. Только здесь мог солдат, воспользовавшись относительным покоем, прочесть несколько страниц из книги или газетную статью.

Тут же читались и письма из дома. Вы умилились бы, увидев длинный ряд сидящих орлами солдатиков, с ремнями на коленях, держащих перед собою листки из свежевскрытых конвертов, и со светлыми лицами внимающих строчкам, написанным их любимыми мамами, сестренками и невестами. Но не все письма приносят радость. И великая мудрость военного уклада жизни, как вы сейчас поймете, спасает от стрессов защитников отечества.

Какова реакция человека на плохую новость? Повышение давления, учащение пульса, затрудненное дыхание И если вы прочитаете, скажем, в клубе или библиотеке, "Милый, прости, но я же не знала, что его встречу Ты встретишь кого-нибудь лучше меня А вот если вы приступите к чтению в сортире, предварительно спустив брюки и приняв соответствующую позу, организм ваш, устроенный мудро, немедленно сбросит давление простейшим способом - РАЗ! А с психологической можно разобраться тут же, использовав подручное средство Каждый представляет себе подручное средство в меру своих пристрастий!

Вот вы и выдали себя, а между тем имелось в виду то самое письмо. Если этого недостаточно, необходимо победно прокричать: А то сколько было бы инфарктов, инсультов и прочего Тем более, что народ нынче уже не так здоров, как во времена былые. Кроме того, возникло в нашем сортире такое уникальное явление, как настенный обмен информацией. Например, в углу на стене при помощи авторучки и химического карандаша ведется такой диалог: У нас в Астрахани уже весна А тут тебе что, осень?

У нас уже купаться можно У нас во Владике трава уже два метра высотой! Или вот такой образчик деловой переписки: У кого есть левый стартер? Меняю на зиловский скат. Зайди к Дизелю из автовзвода. Оба завтра ко. А мне вчера Ленка из Колодяги дала! А у помощников смерти пеницелин на калии. После визита к Ленке из Колодяги рядовой Апостолов, не почувствовав тревоги, распространил свое обаяние на сорокалетнюю продавщицу из солдатского "чайника" Таньку, и вместе с обаянием - злой-презлой ленкин триппер, продавщица не прошла профосмотра, ее уволили, чайник оказался закрыт и пятьсот пар жаждущих легких остались без сигарет.

Стена сортира украсилась грозным дацзыбао: Пониже расположились выраженные письменно авторитетные мнения и просто крики отчаяния: Дрочил бы лучше, слоняра!

И далее в таком же духе Когда старший лейтенант Певченко вошел в помещение, там бурлило вовсю общественное возмущение, грозившее перерасти в товарищеский суд Линча - Апостол предусмотрительно в сортире не показывался вплоть до отправки в госпиталь, и кое-кто уже всерьез собирался его проводить до машины, весело приговаривая "А ему все равно в госпиталь! Последний на всех чинарик безнадежно догорал. Завидев Певуна, лукавые подхалимы тут же восторженно его приветствовали: Здравия желаем, товарищ старший лейтенант!

У вас сигаретки не найдется? Мало того, что на непроверенные дырки лезем, товарищи солдаты. Весь полк в говно посадили, товарищи. Командиру в дивизии досталось крепко. Санчасти, доктору - за отсутствие наглядной агитации. Профилактика у нас на плохом уровне - это теперь все дивизионные звонить. Скандал в благородном семействе! Полпачки "Экспресса" разлетелось за тридцать секунд, а рядом толпилось еще несколько страждущих.

Замполит тем временем продолжал, спустив штаны и усевшись над отверстием, вести разъяснительную работу. Кто ж теперь пойдет на такой риск В углу застонал комсомольский секретарь. Он был призван на службу со студенческой скамьи, военный уклад не принимал ни единой клеткойи весь его шаткий авторитет в роте держался исключительно на подобных мероприятиях. Отмена вечера грозила нарядами, уборкой территории, потерей освобождения от ряда занятий и главное - конфликтом с товарищами, а уж повод бы недоброжелатели, имеющиеся у каждого обладателя привилегий, нашли в пять минут.

Нам только еще самосуда не хватало в полку! Есть мнение, что полк мог бы не только не потерять очки, но и набрать их в этой ситуации, верно и своевременно оценив поступок Апостолова и приняв соответствующие профилактические меры!

Все уже решили, и приговор вынесли А побороться за товарища? Строго наказать, заставить прочувствовать, осознать Это одно дело, но ведь не бросать же на произвол! А если после этого он из караула двинет с автоматом в самоход к своей крале? Замполит я или нет? Взял сегодня лишних пару пачек. Ипродолжая витийствовать, старший лейтенант Певченко, сияя отеческим добродушием, вызывавшим у стариков стойкое желание остаться сиротами, полез в задний карман штанов, спрятавшийся теперь где-то между бедром и голенью, и выудил оттуда еще одну пачку "Экспресса".

Раздав дары, не переставая высказывать свои соображения по поводу сложившейся напряженной ситуации, замполит сунул пачку, похудевшую на две трети, на прежнее место, поерзал пальцами, чтобы карман расправился, и вдруг оторопел, оборвавшись на полуслове. Замполит побелел, и все услышали характерные для экстренного сброса организмом давления звуки. Но, вопреки ожиданиям, старший лейтенант не проявил характерных для момента эмоций, никакого облегчения на его лице не отразилось, напротив, он стал еще бледнее и взгляд его замерцал в полумраке сортира легким безумием, сменившемся вдруг меланхолией.

Затем он вскочил и отрыгнул в пространство хриплым шепотом единственное, роковое слово: С неописуемой скоростью он вскочил, наскоро подтерся услужливо поданной кем-то из подхалимов "Красной Звездой" и, натянув штаны, робко заглянул в отверстие.

На кишащей опарышами поверхности выгребной ямы лежала утраченная драгоценность в красном переплете. По профилю оттиснутого на корочке Ленина медленно ползла желтая капелька, напоминавшая слезу.

Утрата партбилета чудовищна сама по. Для политработника этот поступок, пожалуй, страшнее, чем быть уличенным в гомосексуализме. Гомосексуализм надо еще доказать, а партбилет - или он есть, или нет. В данном случае уже утрата партбилета была не так чудовищна, как самый характер утраты. Короче, это был конец карьеры, и впереди ждали только семнадцать лет в дерьме и позоре Четверо подхалимов, на сей раз с ленцой, едва сдерживая снисходительное выражение на хитрых рожах, не выпуская из зубов холявных сигарет, взяли старлея за сапоги и диагоналевые брюки и погрузили головой в "коричневый глаз".

Фуражка, неосторожно оставленная на голове, упала вслед за партбилетом и оживила бурый ландшафт, чрезвычайно активизировав многочисленных червячков. Этикетка с надписью "Ладога" вызвала у присутствовавших питерцев глухое раздражение. Голос его звучал из глубин раскатисто и властно, хотя и несколько глуховато.

Двое подлипал покинули свои посты, поскольку места, за которые они держали своего офицера, уже скрылись в антимирах. Оставшиеся двое изрядно потели, один поперхнулся табачным дымом и зловеще закашлялся. Его голос прорывался наружу из двух отверстий, расположенных по бокам от места погружения, создавая подобие стереоэффекта. Интонация торжества вдруг сменилась на визгливый тенор: Мы держим, а он лезет! Тут второму держащему вдруг весьма некстати открылся во всей полноте необычайный комизм события.

Первая волна смеха никак не отразилась на его лице, вторая выползла наружу широкой, счастливой улыбкой, третья сотрясла его всего до основания и нашла резонанс в трех десятках молодыхтренированных строевым пением глоток. Вам никогда не представить себе, как можно командовать людьми, вися вниз головой над небольшим озером фекалий, задыхаясь от вони, держа в руках фуражку и партбилет, чувствуякак слезает с ноги сапог, и при этом теряется последняя ниточка связи с наружным миром, а что будет, когда она оборвется, видно, стоит лишь посмотреть перед собою Почему-то вспомнился кадет Биглер из романа Ярослава Гашека.

Но наш замполит не зря получил дополнительную звездочку на погоны раньше времени. Сориентировавшись, он быстро сообразил, что угрозы уже неуместны, и заорал во всю глотку: Как в собственную судьбу вцепились двое спасителей чести и жизни замполита в безнадежно мягчающие с носков сапоги.

Одному из них наконец-то удалось уцепиться за диагоналевую брючину под коленом у замполитаи через несколько секунд тот стоял на дощатом полу изнеможденный и счастливый Все присутствовавшие постарались к этому моменту исчезнуть, а те, кто никак не мог, делали безуспешные попытки придать лицам нейтральное выражение. Подлинным актером проявил себя комсомольский секретарь, изобразивший некое подобие сочувствия. А Певченко еще не верил в свое спасение и только теперь, ощутив себя в безопасности, но еще не придя в себя, сделал то, что может оценить по достоинству лишь бывавший в такой ситуации человек, ежели есть на белом свете таковой.

Певченко поднес заветную книжечку с портретом Ильича к губам и поцеловал с чувством, как боевое знамя полка, пробитое по случаю настоящей пулей на учениях "ЩИТ". Ленин на корочке уже после поцелуя не плакали, наверное, простил. А в увольнение никто так и не сходил. Ну оно и понятно - но солдаты народ вообще понимающий. Да и сигареты у зампола в процессе поднимания сперли. Как чувствовали, что напарит. Зато и молодым потом было что рассказать.

Что там молодым - на всю жизнь калюха! Далее в протоколе отражены несколько высказываний, не имеющих отношения к сути рассказа, но выразивших претензии аудитории к стилю рассказчика. Наиболее полно отражает их высказывание О. Да в жизни не поверю. Неестественная у тебя прямая речь. Председатель предупредил члена Клуба Самородова О. Возникло некоторое непонимание, и лишь когда председатель указал, что имелось в виду слово соцреализм, недоразумение было улажено.

Одобрив рассказ, председатель похвалил рассказчика за историзм, но отметил, что все-таки выступавший несколько отклонился от темы, и несмотря на полезную информацию о различных подвидах сортирной субкультуры, не наполнил материала философской мыслью, что могло бы значительно повысить ценность поведанного.

Слова попросил член клуба А. Председатель требует объявить название рассказа и предоставляет слово члену клуба Наделяеву А. Есть под Москвой такой город, Долгопрудный. И там есть какой-то институт, типа "почтовый ящик", где сидят физики-ядерщики. Я раньше думал, что они все очкарики чокнутые, и весьма удивился, когда увидел несколько этих физиков внатуре. У них там, оказывается, не только физикатам и со спортом все в порядке, будь- будь, и у них самая крутая команда по академической гребле.

И было в этой команде два крепких кента, корешились еще со школы, и в институт, и в аспирантуру, и в "ящик" вместе - ну кенты. Один был загребной - два ноль два роста, сто пять вес, штаны пятьдесят, плечи пятьдесят восьмой, ну - геракл конкретный.

А второй был рулевым на ихней этой десятке-распашонке, и росту полтора на табуретке и в плечах горелая спичка, ехан штраус! А весил аж сорок с лишним, наверное. Мухачом, боксером наилегчайшим в институте. Их таких всего было два, и другой вообще за шваброй прятался.

Но он так, по жизни, наглый был, и в физике своей волок.

Русско-чешский словарь

Но с таким кентом будешь наглым. Ядерщики, у них своя жизнь. Придумал бомбу - ленинская премия. Тачка тебе, хата как надо, блядей прямо из мюзикхолла привозят. Придумал какую-нибудь херню - звонишь лично Горбатому - и назавтра получаешь в кассе бабки. Но тратить их только там ,в "ящике".

Но там и лавка - я вам скажу! Хочешь - какой-нибудь "Гулаг" читай, хочешь - порнуху с картинками. Ты только вовремя изобрети чего, подсуетись - и порядок.

Я вот сам хочу по науке пойти - открыть какого-нибудь неизвестного микроба. За это башляют - пиздец! Но в ящике сидеть не надо зато! Председатель напоминает рассказчику тему заседания и ряд требований регламента. А так - придерживайтесь темы! Докладчик извиняется и продолжает. Только во одном они как все люди. И тут ни хера не поделаешь. В колхоз их возят все равно. И этот институт тоже возят. Их особый колхоз обеспечивает. И туда тоже левых людей не закинешь.

Так что будь ты хоть Бойль и Мариотт, а милости просим в поле! И как-то в сентябре они поехали. Вот и эти два друга поехали. Все получили-раскидали, проверили столовку, отопление, сушилки - и сортир. Он в этом месте как бы был предусмотрен, но канализация там уже года три как рога воткнула, и построили им банальный сельский планетарий, но с изюминкой: Но в дверце окошко со стеклом прохерачилине пожалели, а внутри лампочку повесили, ученые все-таки, надо же им где-то читать.

Лампочку эту загребной повесил - у него такая мания была - верзать с книжечкой. Дома у него, говорят, не сортир был - библиотека. Прямо полки висели - тут, тут и тут!

Приехали назавтра остальные ядерщики. Сходили в поле, картофанчик в машинку покидали, похрюкали радикулитами. А вечером - ясное дело, даром что ядерщики, тоже ведь люди - забухали по-черному.

Стаканами виски без содовой! Ну а тот, который загребной - тот им и заявляет со всей своей двухметровой высоты положения, что он пить не желает, у него мысль пошла, мол. Ну и отманались они от. Ну и сообразно своего веса первым и дошел до кондиции.

И пошел он харч скинуть, а человек-то интилигентный, блин, во дворе ему никак не блюется, и поперся он через двор в сортир, поскользнулся там на мокрой доске и звезданулся в канаву, в ту самую.

И там угрелся, и уснул. Мужики-ядерщики тем временем нажрались и стали анекдоты травить, петь блатные песни там, в очко на щелбаны играть - ну сами знаете, колхозные все эти дела. Ну и задолбало это все загребного мыслителя в корягу. Набил он трубочку "РОНСОН" кайфовый из ихнего ящичного магазина табачком "Амфора", взял с собой еще табаку, "Литературную Газету" и важно так продефилировал в сортир мимо всех, вы мол, тут все пьяные свиньи, а я трезвый, как Дартаньян.

Присел он на досочку, включив свет, раскурил трубочку, развернул газету на последней странице, затяжечку сделал, расслабился. Ну и приступил к делу, зачем пришел. А тот внизу лежит себе, спит, а сквозь сон свой пьяный, забыдуху дремучую, чувствует, как ему на голову что-то валится.

А так как ему уже все чувства, кроме осязания, отказали, так он и запустил вверх руку и схватил в кулак первый ему попавшийся отвисающий предмет. Мужики как раз вылезли на крылечко покурить. И видят такое дело - сначала из окошка в дверях сортира вылетает стекло.

Затем там появляется голова бородатая, этого загребного. А потом дверка с петель на хер, и бежит по чистому полю мудила со спущенными штанами, с трубкой в зубах, с дверью на шее и, размахивая "Литературной Газетой", орет что-то страшное сквозь зубы.

Скрылся он бедный в кустах, и оттуда завыл. А из сортира в это время появляется второй, идет к мужикам, и не может врубиться, чего они от него рассыпаются. Бедолага тот, мухач, отстирывался потом полдня и одеколон весь извел. Ну и бухал, ясное. А вот загребной таракана в голову поймал. Как припрет его посрать, идет в лес, там местечко выберет, ощупает, и только там и верзает, с комфортом, с трубкой, с газетой - а с мужиками ни капли, да еще и нос воротит.

Решили они над ним пошутить. Мозги-то у него математические, вот и сказалось на. Он как в лес уйдет, так следующую кучку ровно в метре от прежнего места откладывает. Ну мужики подкараулили, спрятались за куст, и когда он в очередной раз пристроился, сунули ему снеговую лопату под жопу. Он все проделал, подтерся, а мужики лопату и убрали. Тот поворачивается посмотреть, что у него вышло, а ничего и. Тут мужики думают, дай Бог ноги, убьет ведь!

А он вместо нормальной реакции - в рыло заехать - садится под елочку, плачет, и, внатуре, маму зовет. В дурке его потом врачи и санитары уговаривали - присядьте, посмотрите, какой чистый, удобный, уютный унитаз, совершенно безопасный, вот я сам сажусь на него без всякого страха! А вот санитар садится! А вот и профессор приобщается! А загребной ни в какую. Потом природа свое взяла. Как высадило у него запор, так и крыша на место встала. Он к себе в институт пришел - и встретил там в курилке своего друга.

Мухачу он полгода носил в больницу апельсины и кефир. И даже доставал дефицитное тогда мумие. Но в институт он больше не ходил. Стал в Долгопрудном тренером по академической гребле. Председатель высказывается о рассказе в положительном тоне, отмечая, однако, несколько вольную трактовку быта и жизни физиков-ядерщиков, но приветствуя его общий философский смысл. Обсуждение носит противоречивый характер, и Председатель своей волей прекращает его заткнитесь, господа!

Самородов, до этого активно выступавший в прениях. Председатель требует объявить название рассказа и предоставляет слово члену Клуба О. На Крайнем Севере строителей тогда было. Есть внутри русского народа свой особый этнос - строители. Они впитали в себя азиатское кочевое и европейское оседлое начала в самой извилистой форме. Строители, что уже из самого слова ясно, строят. Дома, заводы, электростанции и нефтепроводы.

Железные и автомобильные дороги. Но при этом после себя оставляют они все вышеуказанное - и абсолютно выжженную землю. Кто его знает, почему так происходит. На земле, по которой прошел строитель, сто лет не растет ничего, кроме бурьяна. На Крайнем Севере - ничего кроме ягеля. Клюквы вы там, где ступила строительская нога, в жизни не увидите, а олень, который сожрет этот ягель сдуру, больше месяца потом не протянет - точно вам говорю.

Когда заканчивается одна большая стройка, все эти кочевники снимаются с места, и перетаскивают свои вагончики на другую, а те, кто приедет эксплуатировать возведенный строителями объект, крякнув, приступают к его обживанию, что далеко не всегда им удается. Сколько на Крайнем таких гиблых мест - одному Богу известно.

Но иной строитель, бывает, прошляпит момент переезда, и остается там, где строил и пил последнее время. О таком, отбившемся от стада, я вам и хочу рассказать.

Он пострадал из-за любви. Некогда, живя стройками и ни о чем не жалея, тусовался он с одной широты на другую, пока не пришел один раз в кассу за получкой.

Из кассы раздался какой-то вопрос, видимо, уточняли его фамилию. Он сунул голову в окошко - и увидел полную, в соку, что называется, даму лет сорока - вполне подходящую ему по возрасту. Наведя справки, узнал он, что дама его сердца никуда по окончании стройки ехать не собирается, а планирует остаться здесь, на Крайнем, жить. Бежала она от чего-то - то ли от мужа, то ли от воспоминаний о.

И герой мой начал действовать. Надев синий костюм, синюю рубашку, переливчатые, от рыжего до черного колера, штиблеты, и наодеколонившись обильно снаружи и слегка изнутри, купил у армянина на рынке куда только не приедет армянин по делам торговым! И пошел объясняться в чувствах. Дама приняла его гнусно- кокетливо, сказала, что за ней нужно поухаживать, по возможности ей понравиться и дать ей ,наконец, подумать, а он стерпел, потому что последний раз ухаживал за женщиной, когда учился в восьмом классе, а методы ухаживания почерпнул из анекдотов про поручика Ржевского и демонстрировавшихся разъездными киномеханиками фильмов, преимущественно комедий.

И все-таки чем-то он эту толстую кассиршу привлек, ибо она не прогнала его и даже попросила заходить. Бурный роман обсуждался всей бригадой. Коллеги подбадривали влюбленного и даже не отпускали в его адрес соленых шуток - герой мой был человек наивный, но добрый и уважаемый, да и по пьяни в глаз мог заехать качественно.

И когда стало ясно, что кульминация событий еще впереди, а стройка заканчивается, бригадир Серега Калкасов сказал ему так: В твои годы бобылем маяться и мотаться туда- сюда не фонтан. Но как оно еще повернуться может, кто знает. Ты тут оставайся, мы в Таз двинем, а место я для тебя в бригаде всегда найду. Так что, ежели что - держи хвост пистолетом. Приму всегда с дорогой душой. Бригада уложилась и уехала. А оставила после себякак водится, сорок га выжженной тундры и здание какого-то управления в поселке.

В управление перешла работать роковая кассирша. Михалыч остался и вдруг наткнулся на непостижимое. Михалыч видел глухие палаточные поселки и большие города. Он строил черт знает что и умел очень. Но впервые в жизни он встретил место, где не нужны ни каменщикини бетонщики, ни сварщики, ни монтажники, ни сантехники какая на фиг канализация в условиях вечной мерзлоты и за двести пятьдесят кэмэ до ближайшего города!

Единственная специальность, которая могла его прокормить в этом месте, включала в себя всего понемногу и называлась пакостно и унизительно - "разнорабочий". Но чего только не сделаешь из-за любви. И позабыв про свои шестые и седьмые разряды, Михалыч начал новую жизнь.

Новые приятели пили. В общаге жили с ним в комнате еще пять человек, и керосинили они вдумчиво, сурово и беспощадно.

Михалыч пил в меру, для настроения, с соседями жил мирно, но порознь - менять друзей, да еще каких друзей, на пятом десятке не так легко. Стал ходить в библиотеку, читать "Крокодил" и "Вокруг света", поражаясь в последнем тому, что оказывается есть на свете места, где ему не доводилось бывать.

Работа его тяготила своим отсутствием. Он лишился покоя - раньше он свою банку принимал заслуженно - теперь она становилась пыткой. Ему и прежде случалось тянуть по граммульке из пузыря, растягивая его на весь день, но прежде хмель был легок и грел на ветру, помогая вкалывать.

Теперь пьянка шла сама по себе, а работы почти что не. Кассирша принимала ухаживания, но решительно никуда не торопилась. Тоска стала входить в привычку. Драматический конец истории приближался неумолимо. Однажды пришло написанное корявым почерком письмо от Сереги Калкасова.

В бригаде у них беда случилась - погиб по пьяни приятель старый, самый старший в бригаде, алкаш горючийно и мастер на все руки. Уснул в колее, вездеход на гусеницы намотал. Так что в бригаде дырка, и ох, как нужен Михалыч, ох, как нужен. А Михалычу в тот день дело поручили. Очки в сортире гудронить. И был тот сортир особенный, вечномерзлотный, и устроен он был.

В подвале дома оборудовали бетонный бункер-приемник, в потолке коего проделаны были отверстия, обитые жестью. И стала жесть, разъедаемая специфической влагой, изрядно ржаветь. Завхоз принял решение очки прогудронить. Развел Михалыч костерок, согрел гудрон в бочке, из тряпок и палки квоч изготовил, а потом корявыми печатными буквами написал объявление следующего содержания: Вздохнул свежим воздухом напоследок, и с ведром горячей черной гущи ступил в бункер.

Book: Похороны ведьмы

Первые два отверстия приходились на мужское отделение. Там все прошло без сучка, без задоринки. Прогудронил, вышел на волю, покурил, взял новое горячее ведро и пошел себе обратно. Третье очко оформил, как.

И уже заготовился четвертое обрабатывать. И тут на него сначала потекло, а потом упало Он густо намочил квоч в ведре, взял его в твердую мужицкую руку, и за все за блядское это безделье, за водку с утра, за одеколон с вечера, за "разнорабочего", за по уши в говне, за покойника, вездеходом раздавленного, за дырку в бригаде, а он здесь, и за стерву эту из бухгалтерии всадил квоч по самый не балуй в очко.

Квоч исчез в отверстии, откуда донесся отвратительный визг. С чувством выполненного долга, как очнувшись, вышел Михалыч из бункера и пошел в общагу, лег на койку лицом к стене и заснул. А в управлении происходило следующее. На высокой стремянке стоял электрики копался в проводах, уже минут десять пытаясь обнаружить, наконец, фазу. Устал искать, присел, как воробей на жердочку и задумался, провожая глазами круглую задницу, обтянутую юбкой из импортного вельвета, исчезнувшую за дверью дамской комнаты.

И услыхал из-за этой двери раздавшийся режущий уши вопль. Толстая кассирша, в задранной до пупа юбке и спущенных штанах, проскакала по коридору в направлении бухгалтерии, а за ней, отбивая барабанную дробь по квадратам линолеума на полу, скакал прилипший к волосам квоч Когда электрика повели в здравпункт, уговаривая прийти в себя, и сообщая, что он сломал руку, реагировал он совершенно непостижимо.

Не чувствуя боли, он заходился припадками истерического смеха, выкрикивая одну фразу: Ожог был несильный, но чувствительный. До суда дело все-таки не дошло. Михалыч просто собрал шмотки, и через две недели уехал в Таз, к Сереге Калкасову в бригаду, где его дожидалось законное место. За расчетом в управление он не пошел, оформив доверенность на соседа по общаге. Просидел две недели где-то в тундре, возвращаясь в общагу только ночевать, и спозаранку исчезал снова, пока не случилась в город оказия.

А через пару месяцев пришла ему на стройку бандероль. Были в ней носки шерстяные домашней вязки, вязанные же рукавицы с пальцемшерстяной подшлемник и письмо. Письмо он не стал читать, и выкинул тут же, сгоряча. А шмотки, призадумавшись, оставил. Всему на свете, а значит и любой стройке, приходит конец. И когда пришел он, Михалыч взял расчет и ушел из бригады уже навсегда.

Серега к этой новости отнесся крайне неодобрительно. Протокол заседания вел секретарь Клуба А. Председатель - Павел Николаевич Гамм, великий магистр восточных единоборств, главный сэнсэй по фехтованию двуручным мечом. Члены Клуба "Аптекари Пеля": Воропаев, отставной альтист группы "Аквариум" В. А так же жены и подруги вышеперечисленных господ разве теперь вспомнишь, какая была чья на тот момент!

Председатель объявляет второе заседание открытым, дает указание женщинам разлить чай и переворачивает песочные часы, после чего обращается к присутствующим с традиционным коротким докладом. Сегодня напряженные размышления по взволновавшему меня вопросу начисто лишили меня послеобеденного сна. Вынужден признать, что сие бдение в неподобающее время не привело меня к сколь-нибудь окончательным выводам, и я осмеливаюсь сделать тему моих умственных потуг темою заседания нашего клуба.

Я предлагаю вам поговорить о страшной мести, об этой порою последней для уважающего себя человека возможности получить хотя бы частичное моральное удовлетворение после нанесения ему отдельным лицом, либо группой лиц, либо государством, либо укладом и ходом самой жизни оскорблением. Я ответил на этот вопрос. Оскорбление - это вызванное бестактностью или насилием угнетение души человека, причем такое, которое невозможно преодолеть, проигнорировав оное.

Что же в таком случае такое месть? Это неожиданное, или даже остроумное решениеприносящее душе покой, радость и удовлетворение. Я не хотел бы рассматривать как подлинный акт возмездия банальное насилие, ибо оно лишь растлевает душу и порабощает разум.

Да, на какое-то время оно приносит облегчение, но коварные ловушки, расставленные на этом заведомо ложном пути, ибо вскоре, обдумав ситуацию в целом, истинный поборник справедливости понимает, что лишь увеличил количество зла в нашем грешном мире, не сделав ничего, чтобы увеличить силы добра.

Конечно, защищая свое здоровье или жизнь, человек вправе применять насилие, как один из, увы, необходимых инструментов. Но если речь заходит об оскорблении - насилие только увеличивает масштабы позора, ибо синяк под глазом оскорбителя служит последнему рекламой, а публике - напоминанием о том болване, которого тот опустил тем или иным образом.

Я хотел бы сегодня услышать рассказы о мести благородной, возвышенной и дерзкой, разящей наповал негодяев и возвышающей того, кого хотели унизить. А потому я провозглашаю сегодняшнюю ночь посвященной этой сложнейшей и удивительно интересной для меня лично теме.

Присутствующие обдумывают сказанное вслух, припоминают свои истории, и слова просит А. Председатель требует огласить название рассказа и предоставляет слово члену Клуба А. Когда я поступил на первый курс факультета журналистики нашего уважаемого Университета, у администрации возникли проблемы с общежитием для первокурсников. Нас временно, на две недели, поселили в студенческий профилакторий, что было чрезвычайно удобно, так как А. Располагался он в центре городана Мытненской набережной, Б.

Там задарма кормили в столовке весьма калорийной диетической пищей в приемлемых количествах и В. Приятелем моим стал с первых дней уроженец Нижнего Новгорода Александр Цыганов, известный товарищам более по прозвищу "Зебр".

Происхождению этого веселого прозвища просто необходимо уделить минутку-другую вашего драгоценного времени. Получив первую стипендию, Александр Цыганов направился осмотреть городские достопримечательности, а Питер, как всем тут известно, состоит из одних сплошных достопримечательностей, и не хватит никакого времени, и тем более, никаких стипендий, чтобы обозреть их хотя бы поверхностно. Александр Цыганов разумно подчинил свои исследования географическому принципу, и направился в ближайшую из достопримечательностей - в зоопарк.

Оттуда он возвратился лучащийся каким-то особенным впечатлением, и на закономерно возникший вопрос ответил единственным словом: Естественно, по-другому его с тех пор никто и не называл. Не менее естественно и то, что будучи человеком не лишенным некоторого обаяния, он, как и в меру того же дара ваш скромный слуга, стали объектами легкой заинтересованности прекрасного пола, и активно этот интерес поддерживали со своей стороны. И после некоторых усилий с нашей стороны, я и мой новый товарищ обзавелись подругами, достаточно симпатичными первокурсницами-филологинями, которых мы водили в кино и театры, одаривали цветами, осыпали комплиментами - словом, вели себя, как последние идиоты Счастье наше было безгранично, но, как гласит мудрость, "Хорошему нет конца" Однажды моя подруга отказывается идти со мною в кино, сославшись на плохое самочувствие.

Развесив, как дурак, уши, я посочувствовал ей, стерве, и отправился в библиотеку, где просидел до одури за учебниками ну, первый курс! И что же я вижу, подходя к профилакторию? Я вижу свою пассию в сопровождении некоего третьекурсника, которого и называть-то не хочу по имени, дабы не отразилось в истории его паскудное имя. Гул, общее и эмоциональное одобрение аудитории. И какова же была моя ярость, когда увидел ячто они не просто идут, а нагло прутся, у всех на виду целуясь взасос и выставляя меня идиотом на глазах у всей общественности, а потом еще и направляются к нему в комнату, откуда она не выходит до самого утра.

Я это случайно обнаружил, выглянув из-за угла в коридор! Слышны отдельные возмущенные выкрики. Даже сейчас по прошествии времени, я вспоминаю этот эпизод в легком волнении, а каково мне было тогда?

Решив все же сохранить при эти поганых обстоятельствах достойное выражение лица, я ничего не рассказал никому о постигшей меня катастрофе, что было тем более идиотизмом, так как в это не было никакой нужды - в смысле рассказывать. А через всего-то пару дней, мы с Зебром вместе наблюдаем точно такую же картину, в которой мерзавец- третьекурсник является неизменным действующим рылом, а вторую роль играет зеброва мадемуазель, и финал истории точно таков же, что и в первом сучьем случае.

Отмечены также случаи осквернения женщин, которых толпа стиснула настолько, что они сопротивляться не могли, а их призывы о помощи заглушал вой наказуемой и вопли зрителей. Нет, брат Зехений, уж кто-кто, а ты-то должен знать, что демонстрацией наготы никого от греха не отвратишь.

Я имею в виду, разумеется, постельные дела, а не борьбу с неконцессированным чернокнижием. Ты действительно не слышал о знаменитом Зехений Бочоночке? Но, по правде говоря, лелонские хроники — те, что покрупнее, — все в руках пазраилитов. А маленьких патриотических листков, которые о моем Кольцовом походе не молчат, люди почему-то не покупают. И "А хуху не хохо"? Дебрен из-за отсутствия аргументов занялся пивом.

Я вижу, лелонские нормативы отличаются от наших, поэтому поясняю, что в Униргерии похороны лиц благородного сословия связаны именно с огнем. Наше княжество протянулось вдоль Нирги, и именно с ней мы всегда связывали нашу судьбу, поэтому неудивительно, что наши предки много плавали. Когда зулийские легионы завоевывали Марималь, река проходила точно по главной линии обороны. Не имело значения, кто в данный момент держал оборону, главное — войну начинали с форсирования Нирги.

Ну и вошло в обычай устраивать крупным вождям похороны, пуская их по реке в горящей лодке. Уж такова верленская натура: Особенно массовые ночные факельные шествия. Это интерпретируется как потребность нести в мир огонь веры, любви и прогресса, необходимость поделиться ими с недоразвитыми народами Запада.

Ну а потом, когда на наших предков снизошла милость Божия и они колесо о пяти спицах приняли, обычай соединять погребение со световыми эффектами остался. Тем более что жрецы храма огня пригрозили миссионерам языческим мятежом, если их к какому-нибудь уважаемому ордену не припишут и намертво запретят обряды. Отсюда, как говорят, пошла мода на свечи в церквях. Ибо, во-первых, у язычников всегда и везде был популярен культ огня, а во-вторых, потому что из Зули евангелизация шла на север Биплана.

То есть в страны, богатые лесом, где процветало бортничество, дерева на лучины было вдоволь, да и изготовители воска не знали, куда продукцию девать. И тут появился потенциальный потребитель, готовый взять практически любое количество свечей. А поскольку бортники также и рынком меда управляли, а стало быть, и настроением, так они гладенько переделали религию, и очередные народы без особых войн принимали пятиспичное колесо.

Сразу видно, что вы чародей. Думаю, по понятным причинам. Морбугер вздохнул и пояснил: Поэтому его присоединили к отделу красоты и роскоши вместе с благовонщиками, ювелирами, золотых дел мастерами, художниками, ну и, само собой разумеется, сукновальщиками. Последние как самые многочисленные командуют всей отраслью.

Хотя уже ходят слухи, что цирюльники отмежуются. И все из-за этих чертовых закордонных маримальцев. Мало того что их бабы всякие фокусы с волосами проделывают, на колышки накручивают, так еще какую-то… как ее… шанпурь или другую пакость изобрели, которой головы моют себе и мужикам. Ну и цирюльники стали такими нужными, что выбились в самостоятельную отрасль. Правая была занята свеженаполненным кубком. Отхлебнул из кубка и начал копаться в разбросанных по столу бумагах.

Значит, ты можешь как магун провести экспертизу состояния трупа, но только с магической, а не медицинской стороны. Ибо для того чтобы составить акт о смерти, надобно еще упросить городского эпидемиолога.

Морбугер ответил ему иронической усмешкой: Известно, если хочешь найти эпидемиолога или брата Бочоночка, то первым делом направляешься в бордель.

Лучше всего в один и тот же, потому что обычно они вместе посиживают и пиво хлебают. К удивлению Дебрена, монах ограничился беспечным пожатием плеч: С водой, а не с тем, о чем ты подумал. Вижу, ты и впрямь ничего обо мне не слышал.

Чертовы грамотеи… А я похвальное письмо от самого Отца Отцов получил. За пропаганду современных ненасильственных методов планирования семьи. Оная вода, как он установил, эффективно гасит пламя греховного вожделения. Не моя вина, что власти не проявляют должного понимания проблем поддержания нравственности и ограничились тем, что обложили работниц борделей соответствующим налогом. Во-первых, чужеложство крепко скрывается, а во-вторых, прости за выражение, предоставление благ тут обычно носит безналичный характер.

Ты сам целые дни по борделям просиживаешь, потому что именно там тебе серебро само в мошну плывет. И сколько от развлекательной утехи Церкви перепадает? Ибо бить следует не по следствиям, а по причинам. А причина в том, что никто своевременно не спешит на помощь падшей молодежи. Приход большой, полно работы со сбором десятины, за ремонтом колоколов надобно присматривать… А я за эти жалкие денарии, что в борделе собраны, могу свою бочку родниковой водой наполнить, освятить и сотням алчущих подать.

При такой жаре, вернее всего, в подвальчике с Кожаной Аммой. Бордельные подвальчики ассоциировались у него с Лендой Брангго, и эта ассоциация причиняла боль. Он хотел как можно скорее сменить тему. Желаете благородного побре… погребете… э… погрести… ну, похоронить — извольте. Но надо мастера отсюда, из Кольбанца, нанять. Материал, как я понимаю, поставит Удебольд.

А кстати, он все еще со своей каруселью дурью мается? Нижнегадатцев и везиратов, потому как те дешевле всех обходятся. Делает вид, что шахта стоит, а они лишь ради детской забавы на вороте каруселятся. Да еще так, что у него вроде бы городской казначей конфисковал из дома двери и крючки в стенах.

Все, что удалось вывезти. У парня слезы из глаз льются, когда он видит дыры, оставшиеся после крючков и колышков! Так они ему о сестренке напоминают! Такая уж у казначея работа. Я б и сам недвижимость забрал, потому что известно, какой предприниматель из Удебольда: Интересно, как он собирается от банкира отделаться?

Уж кто-кто, а камнебойцы запросто поймут, что шахта-то действует. И потребуют доходов от добычи. А это в свою очередь означает, что никто из цеха его за здорово живешь не кредитует.

И проблема тут в том, что вам если не сам мастер, то хотя бы свидетельство от мастера потребно. Какую-то фабрику по изготовлению замков, земельную собственность, двор… За медальон держался, когда. И в глаза глядел. Вроде бы все сходится. У каменоломни Римелей есть сертификат на рубку крупномерных элементов фортификаций, то есть формально можно ее под фабрику замков подтянуть. Только из больших-то плит крепости еще только у вас, на Западе, ставят.

Практика доказала, что такая технология никуда не годится. Связки не держат, стены растрескиваются, изоляция паршивая… Так сегодня уже никто не строит. Что же касается имущества и двора, то, вероятно, он имел в виду некогда доходную крепостичку Допшпиков, ну так теперь она с одной только деревней осталась и резко теряет в ценности. Безопасность я тоже гарантировать не могу. В кабинет, не постучав, ввалился грузный остриженный ежиком городской стражник — драб — в черном кафтане.

На груди у него висел медальон в виде зубастой пасти, кажется, волколачьей, а из-за спины торчали два больших меча. Лет ему было около тридцати.

На обнаженных участках тела три десятка различной величины шрамов. В основном на физиономии, так что определить ее выражение было нелегко. Но все-таки больше, чем он ожидал, поскольку пришедший пользовался староречью. Фонт Допшпики участвовали в восьми Кольцовых походах, и предки графини спонсировали половину из. Не убеждай меня, что хотя бы один Апельблюк по доброте душевной помог какому-нибудь махрусианину. Все они разбойники и обдиралы. Есть некоторая, хоть и небольшая, разница.

Не говоря о том, что светлой памяти Курделию очень немногое связывает с Апельблюками. Уже ее бабка торжественно на вечные времена вычеркнула их из родовых списков. И обе они кольцо приняли. Но я пришел не затем, чтобы вдалбливать в твою башку очевидные истины.

Это те самые совройские оболтусы? Мэтр Дебрей прекрасно владеет староречью, а брат Зехений еще и верленским. Лучше скажи, что тебя привело? Стриженого не смутила явная бестактность.

Он бросил на Дебрена взгляд, в котором не было ни тени смущения. Однако поскольку вы, несмотря ни на что, почитаете Махруса, то добром вам советую отказаться от работы на молодого Римеля. Это тюфяк, слюнтяй, который молота не поднимет, а именует себя камнебойцем. Но на золото падкий, как мало. Думаете, почему он сам не полез на Допшпик, чтобы наследство после ведьмы захапать?

Я по собственному опыту знаю, что карлики и прочие уродцы гораздо лучше выглядят, если им кто-нибудь из милости бессмысленную жизнь укоротит. Даже просто мечом в живот ткнув и кишки выпустив. Это как с червяком: Чем мельче труп, тем меньше работы… А значит, и плата ниже. А о том, что баба была ведьмой и пазраилиткой, тебе тоже небось он забыл сказать?

Свинский пес… Вот из-за таких Верлен к упадку клонится. Они сюда дешевых работников волокут. Куда ни глянь, всюду черная везиратская морда. Чертовы иммигранты у наших работу отнимают. Этим грязнулям теперь не молот и вилы для навоза снятся, а волшебные палочки и мечи! Они, обезьянье отродье, хотят у нас колдовать и за порядком следить!

Думаете, кто эту суку убил? Какой-нибудь теммозанский портач, который даже как следует заклинания выговорить не сумел. Баба-то еще шевелилась, хоть вроде бы и окаменела! Потому что пользы большой вам от этого не будет, а вот на что-нибудь скверное очень даже просто можете напороться. Ведьма точно заслужила, чтобы вороны и крысы ее в животах своих погребли, а то, что в камень превращено, послужило голубям для… прошу простить за выражение, обсеру.

Цунский Андрей. Неприличные истории (Весь текст) - truthforce.info

Сука эта уже в соплячьем возрасте в добропорядочных верленских горняков камнями швырялась. Из-за чего теперь приходится брать на работу чужеземцев. Ни фига ты не понимаешь. За то, что ты хочешь оказать ей услугу? Так я тебе скажу, что как раз таких, которые ей добра желали, эта сука с особым удовольствием убивала. Здесь любой ребенок знает, что она родного отца ровно пса бешеного удушила, да к тому же после того, как он ее за самого лучшего в округе жениха выдал.

Не люблю я пазраилитов, но даже мне не по себе стало, когда я ее вой слышал. В таких мучениях Умирала, что в конце концов разума лишилась и сама себя ножом пырнула.

Потому что единственная ее доченька в ейном животе наколдовала и не родившегося еще братика ухайдокала. Солнце сверкнуло на рукоятях мечей — и стальной, и посеребренной.

Ты, Морбугер, думаешь, почему в единственной деревне фонт Допшпиков за последние годы так сильно количество детей уменьшилось? И половину баб маримальской болезнью позаражала, устраивая коллективные пое… ну, траханья!

К счастью, только пеной. Вот что такое ваша клиентка, господин чародей. Право которого на наследство, оставленное Курделией, то есть графское, очень даже просто может быть оспорено. Ибо и мужа ведьма извела, а это ее права на наследование перехеривает. А следствие, как знаешь, сняло с графини все обвинения.

Убила и его, и ту бедную служанку, а потом еще убедила следователя, что это был несчастный случай во время… траханья. Ничего себе несчастный случай: Говенный у вас закон, вот и. На основании таких доказательств нормальный суд сто раз бы бабу осудил.

Лицо Беббельса сказало ему. Не скажу, что охотно, но, пожалуй, я должен свою миссию продолжить. Я понимаю вас, господин Беббельс. Я и сам патриот, приверженец традиций и человек разумный, отдающий себе отчет в угрозе, создаваемой пазраилитским давлением. Но прежде всего я — слуга Церкви и Бога. А они заповедуют упокоившегося похоронить. Тем более если он при жизни нагрешил и существует реальная угроза, что после смерти во что-нибудь паскудное оборотится. Прямо-таки набор ужасов из остроградского романа.

Полагаю, что из такой мешанины возникнет мерзопакостный бес. Это только вопрос времени. А поскольку с того момента, как графиня преставилась, минуло три месяца, лучше бы не тянуть.

Немного странно, господин Морбугер, что власти так запустили. Ведь каждый знает, что нежити и прочим чудовищам требуется определенное время, чтобы перейти в новую форму существования, и именно в это-то время, то есть на этапе преобразования, лучше всего их ликвидировать. На порядке и дисциплине.

Ты сам без конца это повторяешь. А закон четко говорит, что без приказа ты не можешь даже на дорогу ступить, если хозяин этого не желает. А иначе, чем по дороге, до замка не дойдешь. И я на службе. Ты можешь — а по должности даже обязан — лезть всюду, где активизируется и угрожает людям чудовище или урод. Только здесь не тот случай, дружок.

После консультаций Совет официально признал Курделию фонт Допшпик условно неживой. Что позволяет начать процедуру исчисления наследственного налога. Сожалею, Беббельс, но бургомистру срочно требуются наличные, и смерть наследницы на него как с неба свалилась. Так что, если даже кто-то или что-то вокруг Допшпика дюжины убитых селян навалил, все равно никто тебя без серьезного на то повода наверх не пустит.

Морбугер окинул его холодным взглядом, вежливо, но вполне однозначно указал на дверь. Оберподлюдчик — что Дебрена не слишком удивило — злобно поправил мечи за спиной, но руку протянул к ручке двери, а не к рукоятям. Прежде чем отворить дверь, он мрачно глянул на магуна: Если окажется, что девка не до конца мертва, влезешь наверх и дашь знак.

Мы друг друга понимаем. Это не был вопрос, и, вероятно, поэтому Беббельс вышел, не ожидая ответа. Ограда была солидная, поверху утыканная железными иглами. Настоящая крепость с заросшей крапивой дренажной канавой, выполняющей роль охранного рва.

Взгляды стена, конечно, не пропускала, но уж звуки-то —. Неподалеку, за сооруженной из хвороста оградой плебейской части некрополя, сидели побирушки, которым он не бросил ни денария.

В четыре пополудни они могли бы счесть такого рода приветствие грубейшей насмешкой — а других вежливых формул он пока не. На барке пассажиров кормили раз в сутки, и только тогда раздававший кашу повар изволил к нему обращаться. Команда барки, как и нищие, не любила тех, кто скупится на подаяния. Замкнутый круг, чума и мор! Чтобы купить самый дешевый словарь и объяснить, что у него нет ни медяка, ему как раз требовалась хотя бы пара медяков.

Правду сказать, его одинокий объезд кольбанских камнедобывающих предприятий особого смысла не имел: Какой-то милосердный представитель оставшейся четверти горняков из тех, что его понимали, объяснил магуну, что клиента, у которого нет денег даже на переводчика, никто не примет всерьез. Дебрен сам знал, что без Зехения он вряд ли чего добьется, но не мог сидеть в "Шелковой портянке", дожидаясь, пока Кожаная Амма закончит сеанс.

Улыбающаяся из-за стойки блондиночка слишком напоминала ему Ксеми, бордельмаман была рыжей, как Дюннэ, а когда в полутемных сенях мелькнула фигурка какой-то крупной черноволосой девицы, сердце магуна буквально подскочило к горлу, да так, что Зехений, ни о чем не спрашивая, подсунул ему полный стакан своей знаменитой холодной воды. Немного помогло, и все же он предпочел бежать. В это время на кладбище могли задержаться разве что не успевшие закончить работу подмастерья.

Удары молота — о диво! Я хоть и Низкий, но так-то уж низко не пал, чтобы могилы обкрадывать. Даже богатые охраняемые магией. Художник, мастер-каменотес и похоронный предприниматель, к твоим услугам. Если хочешь себе бюст заказать, дом поставить или ежели тебя надо похоронить, то прошу… Но с другими предложениями — это не ко. Восток поставил на специализацию, и цех каменотесов давным-давно не строил ни домов, ни дорог, ни мостов из того материала, который добывали в каменоломнях.

Этим занимались каменщики, и, выполняя поручение Удебольда, Дебрен должен был попытаться найти строителя. Как к тебе въехать? Вильбанд ответил не сразу, а когда заговорил, в его голосе уже не было наглости, зато появилось нечто похожее на скрытое смирение.

Но это с другой стороны, довольно. Лучше скажите, в чем. Возможно, и ехать не придется. Переговоры втемную, без возможности заглянуть собеседнику в глаза? А вдруг тот окажется красноносым лодырем, который отравляет воздух перегаром дешевого вина? Среди каменщиков таких немало. С другой стороны, все это вообще ни к чему. Кладбище — для избранных, и тот, кто получает задания на изготовление здешних надгробий, просто-напросто высмеет. А насмешку лучше слушать из-за забора.

Искать здесь было нечего. Удивленный магун натянул вожжи. В любом выбранном помещении с правом пользоваться постелью, соломой и топливом в разумных пределах. Если б он знал, как сказать по-верленски "до свидания", то сказал бы немедля. Реакцию собеседника он предвидел. Не обрадованный и не возмущенный наглым предложением. Инструмент в случае чего на эту гору завезут ваши кони.

Я только за дружком заскочу, и можно в путь. Он на подводе ездит. Она будто точно под инструмент. Три подрастающие дочки в халупе, а он руку кусает, которая его спасать пытается! Не так, эгоист, запоет, когда они начнут ему ублюдков в подоле носить. Тебя никогда не удивляет человеческая глупость, Дербен? С медиком договорились, брат?

Я нашел специалиста, прямо-таки золотые руки. Каменщик, каменатес, камнерез и вдобавок художник. Одним махом — целая команда… Что он делает? Конюх, на которого указал пальцем Дебрен, в это время подкатывал бочку под зад его мулу. Бочка, украшенная маленькими изображениями священных колес о пяти спицах, выглядела знакомо, однако Дебрен не сразу узнал собственность монаха, сброшенную с телеги дурным крестьянином. Типичная, высотой в три стопы шестидесятигарнцевая бочка смотрелась довольно странно.

В воронку, расположенную в торце бочки и служащую для залива воды, была вставлена — а вернее, вбита, — неподвижная ось, другой конец которой выходил из противоположного торца, причем место выхода было герметизировано вбитой с натягом деревянной втулкой. За время отсутствия Дебрена кто-то — скорее всего конюх — насадил на концы самодельной оси колеса, закрепив фиксирующими штырями. За штырями были укреплены петли, которые позволяли зацепить за кольцо, расположенное посередине укрепленной между петлями растяжки, крюк для упряжи.

Конюх, ничего не говоря, подошел к голове мула и принялся его запрягать. Мул, удивленный и растерявшийся не меньше своего хозяина, стоял и не брыкался, когда конюх разворачивал его задом к бочке и зацеплял крюк за кольцо на растяжке.

Я поставлю им воду, снижающую уровень похоти, они за это спонсируют мои Кольцовые походы. Если ее мог тянуть я в поте лица своего, то и мул сможет. И не бочку, а бочкокат. Так это изобретение по профессиональному называется. Ну, давай слезай, не мешай. Конюх был ни в чем не виноват. Дебрен принял это во внимание и соскочил с седла. Подхватив монаха под локоть, потащил его в угол двора, где сушилось стираное белье обслуги "Шелковой портянки". Во-первых, потому что мы частным промыслом на стороне занимаемся, а во-вторых, потому что подвергаем его осмеянию.

Так что думай, прежде чем говорить. И не трепись о частном промысле. Я с этого ни гроша не имею. Тащу бочку, как Махрус свое колесо, в поте лица, жаре и боли. Не корысти ради, а токмо ради спасения тех несчастных душ, коих изверг рода человеческого и их собственная недоразвитость к греху толкают. А денег ты в любом случае не увидишь. Я таких удебольдов знаю. Дебрен руку пожал, однако это не особенно поправило его самочувствие. Да-да, это, серое, залатанное. Лен, домотканый, даже не крашеный.

Это тебе ни о чем не говорит? Здесь, среди мерзостных тряпок? Честной, простодушной, простецкой девчонки, что, общаясь с природой, то и дело посматривает то на совокупляющихся бабочек, то на гусака, вскарабкивающегося на гусыню. Нет ничего странного в том, что, работая в здешней атмосфере, девушка нет-нет да тоскливо глянет на мужчину из высшего общества, который мимо нее в вышитом кафтане по дороге промчится.

Без таких мимолетных взглядов род людской давно бы уже угас. Но если никто бедняге своевременно стакана холодной воды не поднесет, не научит, то она готова сама к моднику в содержанки полезть. По наивности — с собственной подушкой и… Эй, ты хорошо себя чувствуешь? У вас гуси есть? Отбрось ненадолго чародейский цинизм, прикрой глаза и представь себе ее милое лицо, такое невинное, окруженное кудряшками… она блондинка? Он видел ее как живую, втиснутую в мышиную серость старательно залатанного платьица.

Эту, а не ту, что была на пристани у Пренда. Ну, случается и среди родных братьев и сестер, даже и у самой честной матери. Хотя должен сказать, я уже сталкивался с семейными трагедиями, когда муж жену подозревал в самом ужасном, потому что она, рыжая, ему, блондину, черноволосых детей принесла. Через полгода после свадьбы, скажем.

И что с того, что ее еще до свадьбы попробовал сам будущий муж? Недоверие, коли уж раз в душу закралось… Вот поэтому так важно, чтобы девушка свой венок [7] до самой свадьбы поносила.

Но вернемся к. Минута слабости — и уже до конца жизни… А если бы кто-нибудь рассудительный ей стакан холодной воды подал, девичий пыл остудил… Конюх, чувствуя, в чем дело, ожидал с ремнями упряжи в руке. Дебрен вздохнул и показал рукой, чтобы тот продолжал. Кожаная Амма, к примеру, из армии. Здесь, на Востоке, множество баб рекрутируют. В основном во вспомогательные роты, но, как ни крути, армия есть армия. Возницей была на обозной телеге, а потом лошадь ее по колену лягнула, она захромала, ей чуть было ногу не отрезали… и… Эй, Дебрен, да тебе и верно солнце во вред!

Как это платьице высматриваешь, весь серый. Давай-ка лучше в тенечке посидим. Где-то на втором этаже хриплыми голосами перебранивались две немолодые потаскухи.

В воротах третья, еще молоденькая и хорошенькая, крепко обнимала босоногого паренька с угрюмой прыщавой физиономией. Парнишка, все еще облепленный сеном из конюшни, то и дело указывал на стоящий посреди двора столб с большой, разделенной на четверти клепсидрой.

Бордель был из недорогих, в комнатах клепсидр не держали. И, ничего не скажу, три лета выдержала. На второе случилось несчастье, потому что она в одного слесаря влюбилась, которого к Амме вызвали, чтобы он дверной замок наладил. Вроде бы удачно чувства свои вложила: Но слесарь был не из Кольбанца, просто проезжал мимо, а после того, как однажды приехал и уехал, то больше и не возвращался, и не писал, хоть оба друг к дружке тянулись.

Она год письма ждала, по ночам ревела. Даже специально читать выучилась. Ну а потом взяла, да так сорвалась, после заглушаемого-то желания, что сразу и болезнь маримальскую подхватила, и забеременела. Теперь сам видишь, ее любой негодяй поиметь. Понимаешь, меня немного обеспокоило, что все так кончилось, хоть я и проявил предусмотрительность и прописал несчастной по два стакана воды принимать ежедневно. Но оказалось, что она сама виновата. Потому что половину освященной воды со слезами пополам выпивала, а другая половина в мойню с потом ушла.

Вот тебе еще одно доказательство тому, что избыточная забота о телесной чистоте и красоте душу пачкает и ко греху ведет. Добром тебе советую, Дебрен, если когда-нибудь решишь жениться, не бери такую, от которой слишком-то уж мылом и мятой несет.

Так вот —. Я тщательно исследовал проблему, ибо тоже надеялся, что если такое растение с дешевой водой соединить, то получится чудесное лекарство против распущенности. Ан ничего не получилось. Единственное чудотворное лекарство — молитва. А мята — о чем, надеюсь, ты по собственному опыту не знаешь — есть любимый напиток падших женщин. Проституток, развратных девок и жен, которые, в горшке помешивая, ни о чем другом не помышляют, как только о том, чтобы вечером им муж поболтал в… О, видишь?

Потерявший терпение парнишка оттолкнул девчонку так, что та покачнулась, и ушел по мощенной булыжником улочке, охлаждая босые ноги в канаве. И все из-за того, что она денария на лишний стакан воды пожалела. Девушка, бледная, с обведенными черными кругами глазами, потемневшими еще больше, поплелась через двор. То есть практически раздаю бесплатно. А ты знаешь, сколько стаканов можно из одного такого кубического локтя наполнить? Ровно столько, сколько дней в году!

Вдобавок глупо, потому что колодезная вода обычно дотируется. А ты попытайся этими пятью кубическими локтями девку напоить, так увидишь, что она невинность потеряет, прежде чем до половины дойдет. Помнишь, как мы о пиве и возницах разговаривали? Так вот девки не возницы, не на безлюдной дороге в кусты станут бегать из-за хронического переполнения пузыря, а за халупу.

А та, что вечно с голым задом за халупой просиживает, только близживущих кавалеров искушает, да и сама может нажить от этой постоянной голозадости нездоровые мысли. Получается, дешевое непрофессиональное лечение дает эффект обратный задуманному. Ей-богу, удивляешь ты меня, Дебрен. Каким-то несчастным денарием меня попрекаешь — ты, представитель цеха, который толченых лягушек и прочую дрянь за чистое золото продает! Конюх управился с бочкой, пошел к колодцу сполоснуть руки, явно не отдавая себе отчета в том, какую угрозу создает для своей души.

Дебрен, не садясь в седло, взял мула под уздцы и направился к воротам. Было жарко, но не потому его тянуло поспорить с монахом, подвергнуть сомнению хлюпающую в бочке воду, по капельке просачивающуюся в местах крепления оси, и, как бы под предлогом изучения, вынудить разориться на два-три дармовых стаканчика.

Лучше — на три, чем два. Ленда Брангге была девушкой крупногабаритной, и двумя он наверняка не выдавил бы ее сейчас из головы. Она пришлась бы Ленде по грудь, и, возможно, поэтому ее красивую шею заковали в железный обруч, соединенный цепью со странной невысокой будкой, сколоченной из досок, оставшихся, видимо, после разборки дома. На изготовление русалки пошла одна из пород тяжелого мрамора, а вся фигура, законченная лишь на три четверти, покоилась на солидной глыбе, нетронутой зубилом, при этом все вместе не могло весить слишком уж много, и ловкий воришка легко управился бы с работой.

Набрался мастер, забылся и грудь бабе обнажил, а теперь ценный мрамор рядом с собачьей конурой пропадает. И вообще странная это задумка. Дебрен не успел ответить. Из деревянной будки, больше похожей на садовый детский домик, какие встречаются в сельских поместьях богатых купцов, выкатился странный экипаж на древних дисковых колесах. Именно из-за этих колес — малопрактичных, тяжелых, но и дешевых — экипаж вызвал у Дебрена ассоциации с шасси осадной машины, тем более что шест впереди походил на лапу требука или онагера.

Вместо катапульты для снарядов на нем была укреплена длинная поперечина, делавшая лапу похожей на руну "Т" с невысокой ножкой. Вдобавок ножка эта выступала из большого, сколоченного из досок и обитого полотном ящика, размещенного над передней осью экипажа. В том месте, где у метательной машины расположен ворот, то есть в задней части платформы, у этого удивительного сооружения размещался не то странный ящик, не то неведомого назначения обрешетка.

Посредине конструкции сидел молодой мужчина с приятным, хоть и явно преждевременно постаревшим лицом. Экипаж, который вернее было бы назвать тележкой, был коротким, и спереди ему недоставало почти двух стоп, в которых могли бы поместиться мужские ноги. Однако пассажир умещался в тележке, и ему тоже недоставало двух стоп — вернее, ступней, голеней, колен и половины бедер.

То, что осталось, было охвачено кожаными петлями, удерживающими его в тележке даже при энергичных маневрах. Другое дело — можно ли энергично маневрировать такой конструкцией? Что-то никакой мастерской не. Магун машинально схватился за пояс, смял в руке пустой кошелек. Нищий выкатился на середину узкой дорожки.

Обойти его было можно, но объехать на бочкокате —. Ничего не скажу, хоть мы и проиграли, однако устроили им вполне приличные похороны. Затем обратился к калеке: Дебрен, слегка обеспокоенный, но все еще не поддающийся скверным предчувствиям, улыбнулся, извиняясь: У Дебрена мелькнула мысль, что даже такая, без ягодиц и с гордо изогнутой шеей, русалка смотрится прекрасно. Мысль была глупой и непродуктивной, но временно позволяла не впасть в панику. Здесь ходят погруженные в скорбь и молитвы родственники усопших.

Значит, я с тобой через забор разговаривал? Надо же… Чума и мор! Три в одном, золотые руки… Ну и кретин. Хорошо хоть еще не вечер, не то, приняв его за волколака, кладбищенский сторож мог бы из арбалета подстрелить. К счастью, солнце стояло высоко и сильно грело.

Румянец не слишком бросался в. Зехений, недовольно крутя головой и бурча что-то о хождении под солнцем без шапки, подтолкнул его в спину, направив в тень дерева. Затем насупил брови и бросил вниз злой взгляд. Он смотрел вызывающе, с каким-то угрюмым отчаянием исключительно на Дебрена. С трех дукатов это будет двести сорок денариев. Пусть этот хитрюга поцелует нас в зад. До задницы-то, надеюсь, дотянешься?

Рука калеки стиснула один из базальтовых грузиков, к которым были приделаны ручки, что давало возможность пассажиру тележки двигаться там, где не росло и не стояло ничего, за что можно ухватиться. Каменные блоки были велики, а если добавить еще и длину рук, то Зехений мог бы почувствовать не только губы на ягодицах, но и базальт на лбу.

Теоретически Дебрен с самого начала знал, что коротышка не ударит. И вмешался не. Дебрен, неуверенно улыбнувшись, пожал плечами: Так сказал когда-то один поэт. В классики, которых цитируют, — иронично бросил Зехений. А вы, господин Вильбанд, гонцов за нами лучше не шлите, добром советую. А если будете настаивать на глупых требованиях, то я вернусь к вам, и эти двести сорок денариев вам в натуре выложу.

Один стакан рассудок возвращает, а что уж тогда о целой бочке говорить. Конкретно говоря, мученической смерти жаждет. И тут же принялся подталкивать монаха спиной.

Глаза Вильбанда располагались лишь немного выше застежки магунова пояса, а с таким человеком удобнее беседовать, стоя на некотором расстоянии. Камнерез, вероятно, тоже считал, что на расстоянии беседовать удобнее, тем более с человеком, который в данный момент не сидит, поэтому дернул за рычаг в форме руны "Т". Тележка на удивление быстро откатилась к порогу домика. Сама из камня вылезла.

А нам нужен простой работяга. Зачем растрачивать его на какую-то халтуру? Твори для потомства, а эти три дуката оставь серым едокам хлеба насущного, которым творец поскупился ниспослать искру божию". Это ты хотел сказать? Мне действительно нравится твоя русалка. Такая простецкая, почти гусятница с пригородной лужайки, и в то же время… Это трудно определить словами. Есть, понимаешь, такой илленский миф. О художнике, который изваял статую женщины и сам в нее влюбился.

А поскольку автор на написанное жил и ни черта в природе камней не смыслил, постольку его строчкам грош цена. Как и тому твоему… дыму. Ибо слова и есть дым, Дебрен. Даже те, что из уст чародея вылетают. Ценны лишь те единственные слова, о которых говорят, что они становятся плотью.

Удар был крепкий и точный, как и полагается камнерезу. Но благодарю за подсказку. При моей профессии надобно думать, что говоришь.